- Какое у вас было звание?

— Капрал.

— Чем вы занимались?

Коэн замялся.

— Я… — он пожал плечами. — Я же сказал… служил в пехоте.

— Но что именно вы. делали в пехоте?

— Я был снайпером, — нерешительно произнес Коэн, — и в комнате наступила полная тишина. — Я понимаю; как это звучит.

— И как, по-вашему, это звучит, мистер Коэн?

— Не такой уж я идиот, чтобы не понимать, что человек, совершивший* все эти убийства… снайпер.

— Да, тут вы правы.

— Я не притрагивался к винтовке с. тех пор, как демобилизовался в тысяча девятьсот сорок шестом году, — сказал Коэн. — Я больше не желаю видеть эти ружья!

— Почему?

— Потому что мне было противно убивать людей из засады.

— Но тем не менее вы были профессиональным стрелком?

— Да.

— А сейчас вы стрельбой не занимаетесь?

— Я же сказал вам…

— Я имею в виду охоту или спорт.

— Нет.

— Пистолет?

— Нет.

— Вы когда-нибудь пользовались оптическим‘прицелом?

— Да, в армии… — Коэн умолк. — Я здесь совершенно ни при чем. Если я когда-нибудь и говорю о смерти, то подразумеваю карикатуру, от которой можно помереть со смеху.

— И все?

— Все.

— Мистер Коэн, — сказал Мейер, — где вы живете?

— В центре. Рядом с "Колизеем".

— Если вы не против, мы бы взглянули на вашу квартиру.

— А если против?

— Тогда мы будем вынуждены затребовать ордер на обыск.

Коэн вытащил из кармана кольцо с ключами и бросил на стол.

— Мне нечего скрывать. Ключ с круглой головкой — от вестибюля, а вот этот, медный — от квартиры.

— Ваш адрес?

— Норт-Гэррод, сто двадцать семь.

— Номер квартиры?

— Четыре "С".

— Мы дадим вам расписку за ключи, мистер Коэн, — сказал Карелла.

— Вы управитесь до шести? — спросил Коэн. — У меня свидание.

— Думаю, да. Благодарим вас за сотрудничество.

— У меня только один вопрос. Если этот снайпер охотится за всеми нами, как я узнаю, что не буду следующей жертвой?

— Если хотите, мы можем предоставить вам охрану.

— Какую охрану?

— Полицейского.

Коэн подумал и отрицательно покачал головой:

— Забудьте об этом. От снайпера никакая охрана не спасет. По себе знаю.

На улице Карелла спросил:

— Ну и что ты думаешь?

— По-моему, он чист, — ответил Мейер.

— Почему?

— Я много видел по телевизору и в кино, прочел кучу детективов, и у меня возникли кое-какие мысли относительно убийств.

— Например?

— Если среди подозреваемых есть еврей, или итальянец, или негр, или пуэрториканец, или человек с иностранной фамилией, то он никогда не бывает убийцей.

— Почему?

— Законы жанра не позволяют. Убийца должен быть стопроцентным белым американцем-протестантом. Готов поспорить на десятку, что в квартире Коэна мы не найдем оружия крупнее рогатки.

Глава 13

Л& 1841

Полицейский участок. За столом друг против друга сидят два детектива и смотрят в окно, любуясь прекрасным майским днем. На столе — большая черная бомба с горящим фитилем, но никто из детективов этого не замечает. Один из них говорит:

— В такой чудесный день даже не хочется думать о преступлениях, правда?

Дэвид Артур Коэн Джефферсон-авеню, 1142 Айсола

Большой черной бомбой с горящим фитилем был неизвестный снайпер, скрывавшийся где-то в городе с десятимиллионным населением. Двое детективов, сидевших в захламленной дежурке, пили кофе из картонных стаканчиков и сквозь зарешеченные окна любовались прекрасным майским днем. Они сверху донизу обыскали квартиру Коэна, а также маленькую террасу, откуда открывался прекрасный вид на реку Харб, и не нашли абсолютно ничего подозрительного. Хотя это и не означало, что Коэн не является хитроумным убийцей, который прячет свое оружие где-нибудь в гараже. Это означало только то, что детективы ничего не нашли у него, в квартире.

В половине четвертого, когда они уже давным-давно вернули Коэну ключи, на столе Кареллы зазвонил телефон.

— Восемьдесят седьмой участок, Карелла.

— Мистер Карелла, это Агнес Мориарти.

— Хэлло, мисс Мориарти. Как ваши дела?

— Отлично, благодарю вас. Глаза немного устали, а в остальном все нормально.

— Нашли что-нибудь?

— Мистер Карелла, я роюсь в папках с самого утра, как только вы позвонили. Я очень устала.

— Мы крайне признательны за вашу помощь.

— Повремените с признательностью, пока я не скажу вам, что я нашла.

— Что, мисс Мориарти?

— Ничего.

— О-о, — разочарованно протянул Карелла. — Совсем ничего?

— Почти ничего. Я не смогла найти никакой информации об обеих девушках. У меня были их домашние адреса, здесь, в нашем городе, но это было двадцать три года назад, мистер Карелла, и когда я туда позвонила, мне ответили, что никогда не слышали ни о Маргарет Бафф, ни о Элен Стразерс.

— И неудивительно, — вставил Карелла.