Читаем Ружье полностью

— Точно тебе говорю. Впрочем, есть еще один важный фактор, и мы должны учитывать и его, если хотим иметь полное представление об этом процессе. Ты хотел знать, как я определил, что это именно ты вошел в лабораторию и подходишь к столу? Начнем с того, что я услышал, как открывается дверь…

— Да, но как ты узнал, что это я?

— О, это важнейший элемент, позволивший мне прийти к неизбежному заключению, что это…

— Да-да, что это?

— Маршалл Дэвис заметил тебя в коридоре и за полминуты до того, как ты вошел, заглянул ко мне и сказал, что идет Карелла.

— Сукин ты сын! — воскликнул Карелла и расхохотался.

— Кстати, как вам, ребята, понравилась его работа?

— Отлично.

— Фактически он преподнес вам этого типа на блюдечке.

— Без вопросов.

— Полицейская лаборатория наносит новый удар! — Гроссман рассмеялся. — Скоро мы сможем обходиться вообще без вас.

— Знаю. Потому-то и пришел проситься к тебе на работу.

— Почти вовремя. Нет, а кроме шуток, зачем ты пришел? Очередное крупное дело, которое мы должны раскрутить в рекордный срок?

— Да так, ничего особенного. Стянули пару бумажников на Калвер-авеню.

— Ну так приведи сюда потерпевших. Мы постараемся найти отпечатки пальцев вора на их задницах.

— Не думаю, что им это понравится.

— Почему же? Мы будем обращаться с их задницами с величайшей осторожностью.

— О, я уверен, что дама возражать не будет, но тот парень, у которого свистнули бумажник…

— Сукин ты сын! — закричал Гроссман, и оба дружно заржали.

— Серьезно, — отдуваясь, сказал Карелла.

— Как же, серьезно, — передразнил его Гроссман.

— Слушай, я и вправду стараюсь быть здесь серьезным.

— Да-да, конечно.

— Я пришел поблагодарить тебя.

— За что? — Гроссман перестал смеяться и удивленно уставился на Кареллу.

— Я почти раскрыл это дело. А те данные, что ты нам прислал, очень помогли и позволили быстро задержать этого Корвина. Я хотел тебя поблагодарить, вот и все.

— Что значит — "почти раскрыл это дело"?

— Я думаю, что ее убил муж.

— М-да?

— М-да.

— Почему?

— Не могу объяснить. — Карелла пожал плечами и, помолчав, добавил: — Сэм, я по-прежнему уверен, что это сделал Флетчер.

— И поэтому ты сегодня встречаешься с ним в "Золотом льве"? — насмешливо спросил Гроссман.

— Черт бы тебя побрал! А это ты откуда знаешь? — изумился Карелла.

— Ага! — Гроссман ухмыльнулся. — Он звонил тебе из кабинета Ролли Шабрье. А немного погодя я разговаривал с Ролли, и он…

— До свидания, сэр, — поспешно сказал Карелла. — Для одного дня это уже слишком.

* * *

Большинство полицейских нечасто балуют себя посещением таких ресторанов, как "Золотой лев". Обычно они завтракают в какой-нибудь забегаловке неподалеку от участка или по-быстрому перехватывают сандвич с кофе прямо за своим рабочим столом. Но в свободное время, развлекая своих жен и подружек, они, как правило, ходят в рестораны, где все знают, что они полицейские, и демонстративно протестуют, когда хозяин говорит: "Сэр, это за счет заведения". Однако в итоге щедрое предложение чаще всего принимается, и вы не найдете ни одного полицейского, который посчитал бы эту практику бесчестной. Получая мизерную зарплату, они перегружены работой, которая заключается в том, чтобы защитить граждан и их имущество от посягательств преступников. И если кто-то из этих граждан может позволить себе сделать жизнь полицейского более терпимой, то зачем же обижать этих людей отказом от бесплатного угощения, предложенного, можно сказать, от чистого сердца?

До этого Карелле никогда не приходилось бывать в "Золотом льве". Один взгляд на меню, выставленное в окне у входа, мог отпугнуть кого угодно — обед обошелся бы ему в месячную зарплату.

Зал представлял собой точную копию гостиной английского постоялого двора первой половины XIX века. Сводчатый потолок поддерживали огромные дубовые балки. На столах, покрытых белоснежными накрахмаленными скатертями, поблескивали тяжелые серебряные столовые приборы. Белые, грубо оштукатуренные стены были увешаны портретами дам и джентльменов елизаветинской эпохи с белыми кружевными воротниками и манжетами, в роскошных бархатных плащах и накидках. Их нарядные костюмы, освещенные свечами, яркими цветными пятнами выделялись в строгой обстановке ресторана.

Столик Джеральда Флетчера находился в дальнем углу зала. При появлении Кареллы Флетчер встал и протянул ему руку.

— Рад, что вы смогли прийти. Садитесь, пожалуйста.