Читаем Русский морок полностью

— Вот! — Надя подняла вверх указательный палец. — Чего тырить кошельки у теток на базаре, когда можно взять такой приз! Это же легенды про тебя будут слагать, да и сам самоутвердишься!

Валера засмеялся и притянул ее к себе. Этот уже более профессиональный разговор ему нравился, да и сама идея неожиданно стала ему в кайф. Надя выставила локти ему навстречу и серьезно спросила:

— Ну, и скажи мне для Вали и ее мужа свой статус. Кто ты? Это важно.

— Сейчас я «положенец от воров», почти «законник» или, как называют мусора, кандидат на «вора в законе». Возможно, скоро будут короновать, тогда буду «вор в полноте»! Это высшая категория.

— Так и напишу сестре. Она спрашивала. Валя так просто не будет интересоваться, понимаешь?

— Ни в коем случае! Никогда не пиши такое на бумаге, да и вслух старайся не произносить! Приедет, вот тогда можешь осторожно сказать.

Они встречались и обсуждали эту идею все оставшиеся два дня, пока Валера был в Крае. На прощание она сказала ему, что если вдруг напишет или позвонит и будет фраза «Луна ждет своих героев», он должен немедленно приехать, а так знакомство проведем в начале сентября.

— Будем страховаться от конторских! — сказала она так, что Валера слегка удивился.

— Откуда у тебя это? — спросил он ее.

— Что «это»? — переспросила она.

— Ну, так шифроваться. Что-то было у тебя такое, что ты так закрываешься?

Надя мрачно глянула на Валеру и кивнула головой. Помолчав, уверенно сказала:

— Эти черти везде, и надо все делать тихо и молча! Понял? Иначе нам хана! Меня просто не выпустят, а тебя прихватят где-нибудь по-тихому. Вот такие дела, «положенец»!

— Если бы ты знала, что мне больше надо прятаться от своих! Узнают, неправильно поймут, поставят на «правилу»! Я еще крестному ничего не говорил, но, надеюсь, что он сможет растолковать там, наверху, какой новый вариант игры предлагаю! — Он, помолчав, добавил: — Это только что у меня появилось! Фантастический расклад!

Надя пристально глядела на него, ожидая продолжения, но Валера молчал, весь уйдя в свои мысли. И по тому, как он полностью ушел куда-то, вот прямо-таки сейчас, в эту секунду, из этой комнаты, от нее, от всех реалий жизни, она поняла, что осталось в мыслях у него такое, о чем не может, не имеет права говорить этот самый близкий ей человек.

Август 1977 года. Москва. СССР. Шифротелеграмма из Франции, адресованная заместителю Председателя КГБ СССР В.А. Крючкову, поступила в первых числах августа обычным порядком в раскаленную небывалым зноем Москву. Текст короткого сообщения был прост и лаконичен:

Экземпляр — единственный. Начальнику ПГУ КГБ СССР Генерал-полковнику Крючкову В. А.

Из достоверных источников поступила проверенная информация о подготовке двух агентов Особого Департамента SDECE для проведения мероприятий в СССР по решению Бюро Президента Франции и Совета по национальной обороне.

Приезд ожидается в начале сентября, в Краевой Центр под видом стажеров-аспирантов Сорбонны для подбора материалов в написании диссертации по теме русской и французской словесности.

Главной целью оперативной работы агентов является получение полной информации о разработке «КБхимпром» дальних СКР.

Резидент ПГУ КГБ СССР Н. Н. Четвериков

3 августа 1977 года.

Эта долгожданная шифрограмма о завершении подготовки и приезде в августе-сентябре в СССР оперативных сотрудников SDECE была в тот же день передана помощнику Андропова.

Несколько раз прочитав эти строчки, помощник представил себе, какая тонкая работа была проведена на глубине высших секретов SDECE неизвестным агентом структуры, который смог получить эти сведения. «Спасибо тебе, товарищ, за это предупреждение! Сейчас мы на коне, у нас есть твое подтверждение правильности нашей выбранной линии. Теперь в силу вступают правила оперативной игры, сшибка произойдет очень скоро. Полковник Каштан должна схватить их за глотку! Хотя почему за глотку? Да еще схватить! Вот же, черт возьми, мышление по инерции!» — Помощник, досадуя на себя за стереотип в своих мыслях, положил шифрограмму в папку и набрал номер телефона Сербина.

«Дело теперь за Сербиным, как имеющим большие полномочия для вступления в силу этой игры! Сейчас я упрежу его, а уж как решит первое лицо, так и будет. Что надо будет, то и сделаем!» — слушая гудки вызова, думал помощник.