Читаем Русский морок полностью

— Тогда перейдем к делу, профессор, я буду говорить, что мы хотим, а вы скорректируете свой ответ по тем возможностям, которыми располагаете. Итак, мы не можем допустить сворачивания нашей разработки по многим причинам, не буду их называть. Мы хотим убедиться, что русские изготовили что-то подобное нашей ракете, и, если есть возможность познакомиться с этим поближе, мы готовы финансировать затраты по этой проблеме. — Президент концерна произнес последнее слово и остановился, пристально глядя на аналитика.

Тот сидел, как бы готовясь к прыжку, потом действительно встал, прошелся по комнате, остановился перед своими посетителями и уверенно сказал:

— Удивительное совпадение! Словно по волшебству, русские переместили разработку и производство своего продукта, или, как они называют, «изделия», в Краевой центр. В Москве и Подмосковье, где первоначально шла вся работа, вроде как «потекло», и они, застраховавшись, перевели всю разработку в Край, тем самым, не ведая, упростили задачу, о которой вы говорили только что! Ну, может быть, в какой-то степени! — добавил профессор с нажимом.

Все ждали, не совсем понимая профессора, а тот выдвинул из бюро ящик с картотекой и рылся там, перебирая, пока не вытащил плотный лист картона.

— Ну вот, мой хороший знакомый из правительства, пост занимает не очень великий, всего лишь исполняющий обязанности начальника департамента патентов и лицензирования. Однако есть важная деталь: он уже более семи лет женат на русской, а младшая сестра его жены как раз сейчас проживает в Краевом центре и, что самое важное, работает на том самом предприятии, куда передали разработку этих ракет.

— Профессор, я полностью доверяюсь вам, — начал было президент, но передумал и просто сказал: — Сколько надо предложить за эту работу?

— Предложите миллион долларов или даже три, там у русских любят эту валюту, тем самым, заплатив миллион, вы сэкономите восемь-девять сотен миллионов, естественно, при благоприятном развитии событий.

— Подготовьте встречу с этим вашим человеком. — Президент концерна с некоторым облегчением вздохнул, хотя в душе у него образовалась такая тоска, как всегда, перед большими тратами.

Профессор коротко глянул в карточку, взял в руки телефон и набрал номер:

— Бернар, здравствуйте, это профессор… Ах, узнали, тогда вот что, сможете приехать сейчас ко мне? Очень срочное дело! То самое, о котором говорили вчера. Прихватите письма! — Он положил трубку, оглядел всех присутствующих, подмигнул президенту и сказал: — Бернар едет. Я не буду рассказывать вам об этом человеке, скажу только одно: за внешностью тюфяка скрывается хищный, хитрый зверь. Кроме того, у него прочные связи в определенных кругах, куда нам всем хода нет! — Профессор значительно оглядел всех. — Операцию следует проводить осторожно, он государственный служащий, и в случае провала могут быть осложнения международного уровня. Ваш концерн должен подготовить для него все необходимое, если мы сейчас договоримся, я подготовлю такой список и помогу разместить заказы. Ну, и теперь главный вопрос.

— Не беспокойтесь, профессор, на ваш счет деньги поступят немедленно после договоренности с вашим человеком и еще по завершении дела.

— Нет, это второй вопрос, спасибо, а вот первый будет посложнее: устав требует информировать руководство об этой операции. Я не знаю, как будет воспринята графом эта информация, а сказать или не сказать, это даже не обсуждается, но повернуть стрелки в нашу сторону возможно только в том случае, если я буду гарантировать моей службе получение на руки всего добытого материала.

— Профессор, передать им материалы — значит отдать американцам, Боинги, Дайнемики и Дженералы только и ждут такого момента. Я, выходит, буду платить за работу, а они просто так получат все в свои жадные руки. Я не могу пойти на такое безрассудное дело. Они не получат от меня ничего! — нервно ответил президент концерна.

— Хорошо, а теперь представьте себе, что моя служба получила эти материалы, используя свои ресурсы, и вам будет также отказано в изучении? — весело спросил профессор. Он был широким человеком и большим романтиком в душе, поэтому все эти дележи и счета его хоть и интересовали, но за живое не брали.

— Президент страны знает меня и не допустит такой узурпации со стороны вашей службы! — резко заявил президент концерна.

— А если президент после получения вами материалов скажет вам, что вы узурпируете и намеренно скрываете важную государственного масштаба информацию, как вы поступите в этом случае? — скучно поинтересовался профессор.

— А кто будет знать об этом, кроме меня и исполнителя?

— Утаивание такого уровня материалов — государственное преступление, и в случае получения сигнала об этом вы автоматически перемещаетесь из своего кабинета с хитрой дверью на каторгу. Как вам такое развитие событий?

Президент концерна мрачно замолчал, хорошо понимая все последствия, однако, давно решив для себя и надеясь на того же профессора, через какое-то время сказал: