Читаем Русский морок полностью

Брежнев после заседания отвел в сторону Устинова и, стараясь поймать его взгляд за очками, сказал:

— Митя, да сними же ты очки! Я хочу вот что сказать, — они так и стояли в стороне от всех, — ты понимаешь, Форд уже заявил, что отказывается употреблять слово «разрядка», а будет теперь говорить «мир на основе силы». Кумекаешь, к чему это ведет? Что же это такое! Чем больше силы, тем больше мира? — Он вглядывался в глаза Устинову, стараясь понять, как тот понимает его. — Разрядку похерили, переговоры заткнулись, договоренности не работают. Надо что-то делать! Нам нечем урезонить их, нечем припереть к стенке.

Устинов сорвал очки и, промахиваясь мимо нагрудного кармана, пытался засунуть их, лицо побагровело, и он начал что-то невнятно произносить, но генсек продолжил уже совсем другим тоном, отчего тот стал вдруг бледнеть.

— Сделай такое, чтобы они обхезались там у себя, на месте, покажи им, что-то такое! — Брежнев взмахнул левой рукой, правой продолжая удерживать маршала за локоть. — Неужели ничего нет у тебя?

— Леонид Ильич! — нервно пробормотал новоиспеченный маршал. — Ты ведь знаешь, многое делается!

Он развернулся лицом к Леониду Ильичу и заговорил, горячо и быстро:

— Вот, Совет конструкторов вышел с предложением снова развернуть работы по сверхдальним крылатым ракетам. Ты помнишь, у нас раньше было несколько проектов, «Буран», «Буря», но их свернули, когда МБР[21] пошли… — Видя, что Брежнев поскучнел, заговорил напористо и веско: — Конструкторы уже обсудили с руководством ВМФ и ВВС и начали предварительные работы по определению технического облика ракетного комплекса с крылатой ракетой «Болид». Есть большая заинтересованность…

— С кем обсудили? — перебив маршала, заострил вопрос Брежнев, который предпочитал обсуждать организационные и политические вопросы, избегая глубоких технических проработок.

— С Горшковым, Кетовым, Кутаховым, Мишуком! Все готовы принять на вооружение такое супероружие. Сейчас настало время как раз для таких изделий.

— «Болид»… — задумчиво произнес Брежнев. — Название хорошее, звучное, а что может сделать этот «Болид» с их ПРО[22]?

— Это как торпеда со сверхзвуковой скоростью на высоте двадцати пяти километров, которую почти нельзя запеленговать, отвести, уничтожить в полете. Малозаметная ракета. Она протыкает ПРО, как иголка мешковину, и точно идет на цель с боевой частью! Там будет или термоядерный АА-19 с зарядом «910», мощность почти 300 килотонн, или ядерный АА-81, это уже до 500! — понижая голос, со значением проговорил маршал.

— Так в чем же дело, где он, этот «Болид»? — Брежнев выразительно приподнял брови, что означало его крайнюю заинтересованность темой.

— Руководство ВМФ[23] усложнило проектирование из-за габаритов ракеты морского базирования в предстартовом положении. У меня набросан план, а в ноябре-декабре выйдет постановление Совета Министров. Мы поставим этот комплекс на вооружение! — уверенно заявил маршал. — Контроль на Секретаре ЦК КПСС по оборонным вопросам Рябове и начальнике Оборонного отдела ЦК КПСС Сербине, но и я буду курировать этот проект.

— Только сам контролируй! Решение Совмина по крылатым ракетам сильно не закрывай. Надо выдавить наружу часть информации, чтобы об этом оружии знали! — Он несколько раз для убедительности крутанул кистью руки влево-вправо и со значением посмотрел на Устинова, строго и требовательно: — Ты понял? Рябов не владеет материалом, он только приступил. — Брежнев улыбнулся, потер ладонь о ладонь, усмехнулся. — Иван Дмитриевич Сербин, да, «Иван Грозный», тебе поможет! Он все матом кроет всех?

— Ну, как всегда, зато дело движется. Сейчас особенно. Прогорели три миллиарда рублей на проекте РЛС «Программа-2»[24], теперь он сильно осторожничает и принимает только взвешенные решения.

— А твой сынок, Николай? Так его величать? Забрал лучших физиков-лазерщиков у академика Басова, братьев Проценко, привязал их к своему проекту, а толку нет. Вырастили ему рубины размером с два кулака по цене, как город построить в тундре, а где достижения? Где эти «лучи смерти»? Что, теперь ждет рубин под 30 кэгэ для самоходной гаубицы «Мста-С». Знаю, читал отчет.

Не дождавшись ответа от громко засопевшего носом новоиспеченного маршала, генсек примирительно улыбнулся.

— Про эти твои летающие торпеды я уже слышал. Недавно ко мне приезжал один из авторов. Он, правда, как-то затоптал в этой теме сроки. — Леонид Ильич выслушал тогда доклад ученого, принял к сведению и не забыл особенно скользкий момент в докладе о времени завершения разработки этого «изделия»[25].

Я вот что скажу тебе, Митя, для меня важны только две задачи хлеб для народа и безопасность страны! Товарищи выдвинули тебя на большое дело! Оборона страны, — вытер платком рот и продолжал: — Ты все хочешь делать сам, но все охватить нельзя! — Посмотрел прямо в глаза и совсем другим, суховатым тоном, закончил: — Этот проект за тобой, и только ты за него отвечаешь передо мной! Ни Рябов, он человек новый, ни Смирнов из комиссии, а ты и Сербин! Я это себе помечу, позже вернемся к этому вопросу.