Читаем Русский исихазм. Духовность Нила Сорского (фрагменты) полностью

Трезвение есть духовное художество, которое, если долго и с постоянным усердием проходить его, с Божиею помощию совершенно избавляет человека от страстных помыслов, и слов, и худых дел; дарует тому, кто его так проходит, верное познание Бога Непостижимого, сколько сие возможно для нас, и сокровенное разрешение сокровенных Божественных Таин; и есть творительница всякой заповеди Ветхого и Нового Завета и всякого блага будущего века подательница. — Само же оно есть собственно чистота сердца;… Христос ублажает ее, говоря: блаженни чисти сердцем: яко тии Бога узрят (Мф 5,8). … Трезвение, если оно постоянно пребывает в человеке, делается для него путеводительницею к правой и богоугодной жизни. Оно есть и лествица к созерцанию; оно же научает нс право править движениями троечастности души … и твердо хранить чувства, — и в причастнике своем каждодневно возращает четыре главные добродетели (т. е. мудрость, мужество, воздержание и справедливость).[41]

Цитирует Нил Исихия и далее, когда говорит о необходимости добродетели трезвения:

Блаженный Исихий Иерусалимский также говорит: «Как невозможно жить в этой жизни без еды и питья, так невозможно душе чего-либо духовного достигнуть без хранения ума, каковое называется трезвением, если кто и понуждает себя из страха мук, дабы не согрешать».[42]

На самой первой странице Устава Нил говорит об этом «трезвении», используя различные общие термины, находимые у Отцов. «Монашеский устав: из писаний Святых Отцов о „мысленном делании“: ради чего это нужно и как подобает стараться о том».[43]

Так звучит заглавие Устава, и мы можем судить по нему о той важности, какую Нил намеревается придать этой добродетели, столь основоположной для восточной духовности. После этого заглавия он пишет:

Многие из святых отцов о сердечном делании, блюдении помыслов и хранении ума сказали различными словами, как каждый из них научен был Божией благодатью, но одинаково по смыслу, восприняв прежде слово Самого Господа, сказавшего: От сердца исходят помышления злые и оскверняют человека (см. Мф. 15, 19–20), и научившего внутренность сосуда очищать (см. Мф. 23, 26), и произнесшего, что в духе и истине подобает поклоняться Отцу (см. Ин. 4, 24).[44]

На всем протяжении Устава и других трудов Нила мы постоянно встречаем два выражения: «мысленное делание» (или аналогичные выражения), а также «хранение заповедей Божиих» или «жизнь по заповедям Божиим». Рассуждая об этом «мысленном делании», он снова цитирует Исихия, и мы видим, что непсис Нила следует понимать в более широком значении из тех, в каких он употребляется у Исихия. В этом значении непсис синонимичен праксису Евагрия, ср.: «Делание есть духовный метод, очищающий страстную часть души».[45]