Читаем Русский голем полностью

А разжигание похоти! Видите, как раскачивается эта биомасса? Что-то это мне напоминает… Еще в начале XX века гебраисты обращали внимание: колебания тела во время молитвы хасидов должны напоминать сексуальные и способствовать соитию их бога с его небесной женой, шехиной, дабы зародился наконец машиах. Этому же должны способствовать и ритуальные жертвы. Так что семи-то-хамитский ритм танца, навязанный сыновьям Иафета, — не просто месть. Есть пляски, которые имеют апокалиптическую подоплеку[67].

Как отмечает исследователь сатанизма Джон Тодд, «все посвящаемые дьяволу пластинки (рокгмузыки) одинаковы. Используется чувство ритма, которое развивается соответственно движениям при сексуальном акте. Внезапно человеком овладевает чувство, будто он впал в бешенство, которое часто приводит к истерике».

Жан-Поль Режембаль пишет: «Сила рока заключена в прерывистых пульсациях, ритмах, вызывающих биопсихическую реакцию организма, способную повлиять на функционирование различных органов тела (в частности, бит может вызвать ускорение сердечного пульса и увеличение содержания адреналина, а также возбуждение в половой сфере»). Если, например, «ритм кратен полутора ударам в секунду и сопровождается мощным давлением сверхнизких частот (15–30 герц), то способен вызвать у человека экстаз. При ритме же, равном двум ударам в секунду, и на тех же частотах слушающий впадает в танцевальный транс, который сродни наркотическому».

Динамик включен. Ухнул, понесся звуковой вихрь. Закачалась, затряслась аудитория. Гнется под ветром душа. Это и есть рок.

Рок и поп

Недавно в Санкт-Петербурге прошел первый «православный рок-фестиваль». Появились одобрительные публикации. Чья-то лапа похлопала по плечу: вот и ортодоксы, дескать, теперь идут в ногу со временем. Готовы разговаривать с подрастающим поколением на понятном ему языке… Привлекать молодежь, конечно, надо[68]. Каждый из нас начинал воцерковляться, обуянный морем страстей, вредных привычек. Постепенно они и стали осознаваться как вредные. Потом — как грехи, от которых надо избавиться. Но с роком все происходит по-другому…

«Некоторые говорят, что моя любовь не может быть истинной. Пожалуйста, поверьте мне, моей любви, и я покажу вам. Я дам вам то, о чем вы никогда и не мечтали… Ваша любовь ко мне просто должна стать настоящей… Посмотрите мне в глаза и увидите, кто я есть. Меня зовут Люцифер, пожалуйста, возьмите мою руку!» Так пел Оззи Осборн, солист группы «Блэк Саббат».

Но вот нас порадовали тем, что Осборн «завязал» с дурными привычками, стал истовым католиком, а Люцифер разжал свое рукопожатие. «Да и раннее творчество «Black sabbath» не так однозначно, хотя их постоянно обвиняют в сатанизме»… Оказывается, и про содомита Фредди Меркьюри, умершего от СПИДа, мы тоже всего не знали. Он «был очень верующим и часто в своих песнях обращался к Богу…». Откуда такие откровения, спросите вы?

Недавно в Интернете появился текст под названием «Антиподы ли православие и рок-культура?» Его автор — некий иеромонах, популярный настоятель одного из московских храмов. Он счел нужным благовествовать аудитории об очень важных, как ему кажется, вещах. Например, о том, что песни битлов и прочих кумиров, словно звуки иерихонских труб, способствовали падению «железного занавеса», а потому не надо путать философскую и протестную рок-музыку с попсой. Или, например, о том, что пропаганда сатанизма в рок-культуре встречается крайне редко, а часто она является лишь сатирой. Как у Хармса, пишет батюшка…

Помните Даниила Хармса: Лев Толстой очень любил играть на балалайке, но не умел. Бывало, пишет «Войну и мир», а в голове у него «треть-брень-брень, трень-брень-брень»… Один иеромонах очень хотел быть православным публицистом, но не умел. Бывало, как только сядет писать, в голове — барабан: «бух-бух-бух, бух-бух-бух»…

Не так давно в Москве побывал один мой знакомый афонский монах. Он с изумлением рассказывал: иду как-то по улице, а навстречу — огромная змея. Это панки, в своем «прикиде» с «ирокезами» на головах, стали в цепочку и, плавно приседая и привставая, изображают единое извивающееся тело. Народ стоит, смотрит, возмущается. Подошел я поближе, говорит монах, гляжу, а это — не подростки, а мужики какие-то облезлые, пожилые уже. Всё играют в дурные игры своей молодости. Я не выдержал и говорю им: деды, вы что?!

Эту историю я вспомнил в связи с публикацией иеромонаха. Ладно, была бы любовь к року его личной духовной проблемой; ну, не может человек, как те панки, расстаться со своими молодежными пристрастиями; Бог даст, еще избавится. Так нет же: приняв сан, он очень хочет, чтобы змея его собственного греха ползла и дальше. Под благословение батюшки попала целая суб-культура. Он обильно кропит ее, но не для того, чтобы изгнать бесов, нет. Он пытается легализовать в православии чьи-то рога и хвосты[69].