Читаем Русский голем полностью

То же и у Симона Волхва, называвшего себя Верховным Богом. Он водил с собой некую Елену, блудницу. Чародей утверждал, будто она — его первая мысль, мать всех вещей и что через нее Симон замыслил и создал мир. Св. Ириней Лионский так пересказывает бредни волхва: «Эта мысль, выходя из него и зная волю своего Отца, низошла в нижние области и породила ангелов и власти, которыми, по его словам, и сотворен этот мир. После того как Елена их произвела, она была задержана ими из зависти, так как они не хотели считаться порождением какого-либо другого существа… (она) терпела от них всякое бесчестье… и даже была заключена в человеческое тело и, время от времени, как бы из сосуда в сосуд переходила из одного женского тела в другое. Она была в той Елене, из-за которой произошла троянская война… Странствуя из тела в тело, она, наконец, отдалась в развратный дом; она-то и есть погибшая овца. Поэтому он (Симон) пришел сам, чтобы опять взять ее к себе и разрешить ее от уз, а людям доставить спасение через познание его… Те, которые верили в него и в его Елену, как свободные, делали, что хотели, потому что люди спасаются его благодатью, а не за дела праведные. Ибо дела праведные не по природе, а случайно, так как ангелы, создавшие мир, установили это, имея в виду посредством таких заповедей поработить людей… Поэтому мистические жрецы этой секты живут сладострастно и занимаются делами волхования».

Смерть Симона Мага. Старинная гравюра.

Симон Волхв, по определению Учителей Церкви, — отец всех ересей. Действительно, в его мировоззрении просматривается главная, гордостная мысль гностицизма: мир плох, а я хорош. У кого она заимствована? У самого падшего ангела.

«Гордыня заставила Сатану предпочесть роль первого злодея роли второго благодетеля. И на этом пути своего отпадения ему прежде всего следовало:

1) заявить о своей исключительности, основанной на некоем особом «знании» путей Господних…

2) отвратиться от окружающего мира, субъективно считая его «злом» (ведь мир этот его обидел — Богом не признал)». [17].

Однако… Сатана пал, изгнанный с неба архангелом Михаилом. Взлетевший в воздух Симон Маг пал по молитве апостола Петра, дабы не искушал народ. Доктор Фауст, согласно народным преданиям, летал совсем уж анекдотично — на бочке с вином. Но далеко ли на ней улетишь?!

А ведь как хвастал чародей несчастный! «Как-то приехал он (Фауст) в Вюрцбург и будто бы похвалялся там в присутствии многих людей, что в чудесах Спасителя нашего Христа нет ничего удивительного, что, дескать, он, Фауст, может сделать все, что делал Христос, когда и где угодно»… Аббат Тритемий не без ревности описывал Фауста именно как нового Симона Мага.

Парацельс: в плену у нежити

Вот он изображен на старинной гравюре. Стоит, опираясь о рукоять любимого меча. Под изображением надпись: «Кто принадлежит самому себе, тот не раб никому». Но был ли знаменитый Парацельс себе хозяином?

Во время его путешествий по Востоку константинопольский маг и алхимик Соломон Тризмозис подарил Парацельсу «философский камень», называемый Азот. Ему приписывались магические силы. Поразительно: столетия спустя после того, как было сказано о «камне веры», некие «мудрецы» все еще язычески связывали камни с духами. А «философский камень» и подавно: «исцеляет», «дарит молодость», «превращает металлы в золото»… То есть делает все то, чем соблазняют бесы. Во многих свидетельствах о знаменитом врачевателе написано прямо: в рукоять его меча был заключен демон по имени Азот.

По-гречески Азот значит «неживой». По-русски можно сказать — нежить. Не он ли подсказал последователю Асклепия использовать человеческую кровь и плесень с черепа покойника? Не он ли продиктовал состав мази, позволяющей впасть в транс и общаться с духами: детский жир, мак, бешеный паслен, цикорий? Да-да, детский жир, тут нет ошибки. Догадываетесь, как его добывали?

Главной целью алхимии Парацельс считал получение не золота, а «арканумов» — бесчисленных химических соединений, каждое из которых способно исцелить ту или иную часть организма. Во времена недавнего бума химии об идее Парацельса стали с благодарностью вспоминать все чаще. Однако «арканумы» оказались бомбой с часовым механизмом. Она уже взорвалась и сеет смерть, сколько бы наука ни пыталась «подобное лечить подобным»[35].

«Премудрые соломоны» веками снабжали европейскую науку своим убийственным наследием. Впрочем, Парацельс считал, что врачу «следует учиться также у старых бабок, крестьян, чернокнижников, цыган, у странствующего и бродячего люда — ибо они знают больше, чем все университеты!» Не случайно в русский язык вошло слово «врач» — от «врать», то есть заговаривать.

Парацельс сторонился женщин, но почему-то очень тепло относился к суккубам, демонам, которые в женском обличье вступают в связь с мужчинами.