– Спасибо. А родственникам Гальперина, выходит, не сообщат, что он мертв? Неужели они будут считать, что он осужден?

– А это уже не наше дело. Мы свое сделали, – сказал Григорий Дмитриевич. – Иди и работай так же усердно на благо нашей общей Родины. А сегодня у тебя еще выходной. Что будешь делать?

– Наверное, все-таки схожу посмотрю визуалку, в которой брат играет, – сказал Раджив, вспоминая девушек в сари, гуляющих по городу вечерами. Надо бы с кем-то из них дружбу завести. Он прошел первое испытание на новой службе. Кафе с самым лучшим кофе в Снежинске откладывалось на неопределенный срок. Придется пить то, что здесь готовили, вдруг в обществе симпатичной девушки оно не покажется таким отвратительным.

– Правильно, – кивнул Григорий Дмитриевич. – Хорошее дело.

Дмитрий Володихин

Наставление

15 июня 2191 года.

База космофлота Российской империи на Церере.

Почтовый массив инфосферы капитана I ранга Дмитрия Белухина.

Статус: новое, не просмотрено.

Игорь: «Старик, ты точно здоров? Это что с тобой за усталость металла? Ты какую ересь парням выдал? Мы тут все, конечно, не то чтобы смеялись, нет, мы гомерически хохотали… Но… Каков! В общем, перед отправкой на Землю давай-ка зайди, взбодримся… У меня тут есть. И не унывай, авось пошелестит мимо. Чина-то уж точно не лишишься, я уверен. А должность – дело наживное. Да и вообще: Бог не выдаст – свинья не съест».

Твоя единственная: «Я уже в курсе. Митя, как бы оно ни аукнулось, я с тобой, я поддерживаю тебя. Если ты так поступил, значит, надо было так поступить. Захочешь – расскажешь. Я пока не понимаю… Ох, не сиделось тебе спокойно, Митя! Но ничего ведь уже не переменишь? В любом случае я с тобой. Целую, обнимаю, приходи домой поскорее».

Капитан II ранга Г. И. Бобий, секретариат Училища: «В силу сложившихся обстоятельств извещаем Вас о том, что Ваша встреча с выпускниками Училища отменена до получения соответствующих распоряжений. Ответственным за проведение названного мероприятия вместо Вас условно временно назначен капитан I ранга А. А. Дудиев до получения соответствующих распоряжений».

Мимо проходил: «А почему не лось?»

Медиапортал «Дружина»: «Уважаемый Дмитрий Дмитриевич! Мы были бы рады взять у вас интервью в связи с Вашим оригинальным заявлением. Полагаем, Ваши разъяснения были бы весьма полезны для нашей аудитории. Если Вы согласны, мы в ближайшее время свяжемся с Вами».

Надин: «Папа, ты что???!!!»

Контр-адмирал граф К. В. Плещеев-Пальцев: «Господин капитан I ранга! О Вашей возмутительной выходке я доложил на Землю, в Управление. Не исключаю того, что мой рапорт будет направлен оттуда в более высокие инстанции. Полагаю, Вы встретите решение начальства без жалоб. Вы должны понимать, насколько подвели и меня, и все вверенное мне Училище. Благодаря Вам, ожидаю внеочередной проверки с Земли. Впрочем, Вас это, вероятно, уже не будет касаться. Сорок пять лет у Российской империи не было войн. Все, что от Вас, опытного офицера-воспитателя, требовалось, это выступить с наставлением на День космофлота, где курсантам было бы четко объяснено, почему долгий мир – не повод расслабляться и почему мы обязаны по-прежнему держать порох в пороховницах. И чтобы ни малейшей безответственности, разгильдяйства, наплевательства и спустярукавства! А Вы им – зверя немытого! Что за символ? Это, в конце концов, и неприлично, и недостойно».

Один человек: «Почему не бобер?»

Медиапортал «Дружина»: «Уважаемый Дмитрий Дмитриевич! К сожалению, мы вынуждены отказаться от нашего предложения относительно интервью. Нам не удалось согласовать этот вопрос с руководством. Еще раз простите, такова жизнь».

Надин: «Папа, ты как???»

Старший священник флотилии на Церере, протоирей Алексий Враторастворенский: «Почтеннейший Дмитрий Дмитриевич! Признаться, сначала меня несколько обескуражил Ваш поступок. Однако, поразмыслив, я принял Вашу сторону. Малая толика благодушного юмора не помешает… Пожалуй, мы уже готовы перейти от грозного бряцания оружием к спокойному миролюбию, вложив, так сказать, меч в ножны, но не снимая их с пояса. Ведь и Господь наш – Миролюбец. Извещаю Вас о том, что направил в Управление письмо, в котором пространно изложил свои соображения, высказанные здесь в лаконичной форме. Храни Вас Бог!»