Читаем Русский Берлин полностью

Общество уделяет большое внимание пропаганде давних и глубоких исторических связей между русскими и немецкими музыкантами. Одним из символов таких связей стали долгая дружба и глубокое творческое сотрудничество Михаила Ивановича Глинки и выдающегося немецкого музыкального теоретика и педагога Зигфрида Вильгельма Дена. В их честь создана памятная доска, торжественное открытие которой состоялось 11 апреля 2008 г. на доме по улице Мариенштрассе, 28 (Marienstrasse), где находилась квартира любимого учителя Глинки. В тексте на доске сообщается, что летом 1856 г. Глинка жил в доме № 6 напротив по той же улице.

Продолжая свою деятельность, общество, в частности, планирует создание Кабинета-музея М. И. Глинки в Берлине. Рассматриваются проекты по более широкому вовлечению молодых жителей города в круг любителей и исполнителей классической музыки. Общество рассчитывает на поддержку со стороны отечественных организаций и фондов, заинтересованных в российско-немецком культурном обмене.

Материалы общества и Ю. Н. Фоста были использованы при подготовке главы о М. И. Глинке в этой книге.

Глинка очень любил Берлин. «Hier bin ich zu Hause» («Здесь я дома»), — говорил он, приезжая сюда. Впервые в этот город он прибыл в октябре 1833 г. по пути на родину из Италии, куда ездил лечиться и «усовершенствоваться в искусстве». Он провел в стране бельканто почти три года — солидный срок, когда он отсчитывается с 26 лет. Познакомился с Гектором Берлиозом, Винченцо Беллини, Феликсом Мендельсоном-Бартольди, Гаэтано Доницетти. В Берлине Глинка поселился вместе с приехавшей сюда на лечение сестрой Натальей и ее мужем по адресу: Эгерштрассе (Jägerstrasse), 10, недалеко от дома с нынешним барельефом. То здание до наших дней не сохранилось, как и большинство строений этого района, разрушенных во время войны.

Ден — учитель и друг

В Берлине Глинка случайно встретился со своим миланским знакомым, преподавателем вокала Густавом Вильгельмом Тешнером, который познакомил молодого русского композитора с известным уже тогда педагогом и теоретиком, будущим членом Академии искусств и хранителем Музыкального отделения Королевской библиотеки Зигфридом Вильгельмом Деном (Siegfried Wilhelm Dehn, 1799–1858). Этот ученый сыграл заметную роль в развитии немецкой музыкальной культуры. Именно ему, например, удалось обнаружить и опубликовать знаменитые «Бранденбургские концерты» И. С. Баха. Глинка брал у Дена уроки музыкальной теории, хотя к тому времени он уже успел сочинить ряд удачных романсов и фортепианных произведений. Занятия композицией, полифонией, инструментовкой не прошли даром. «Ден не только привел в порядок мои познания, но и идеи об искусстве вообще, с его лекций я начал работать не ощупью, а с сознанием», — вспоминал позднее Михаил Иванович. С первых же встреч они почувствовали друг к другу взаимное уважение и симпатию, тем более что Ден был старше своего русского ученика всего на пять лет. «Если нужно привести пример необычайно прочных и столь же длительных творческих и чисто человеческих отношений между представителями двух таких высоких культур, как русская и немецкая, — говорит Юрий Николаевич Фост, — а именно такие отношения создают твердую основу уважения и понимания между великими народами, — то среди них на одно из первых мест можно поставить плодотворное сотрудничество и сердечное доверие, которые почти четверть века согревали дружбу Зигфрида Вильгельма Дена и Михаила Ивановича Глинки».

Среди других российских учеников Дена были впоследствии братья Антон и Николай Рубинштейны, ученый и музыковед Василий Энгельгардт, композитор и будущий профессор Московской консерватории Владимир Кашперов. По пособиям Дена, подготовленным для Глинки, изучал гармонию и контрапункт Александр Даргомыжский.

В Берлине Глинка сочинил романсы «Дубрава шумит» и «Не говори, любовь пройдет». Первый был написан к переведенному Василием Жуковским стихотворению Ф. Шиллера Des Mädchens Klage, второй — на стихи Антона Дельвига. На музыкальных вечерах Глинка играл местным слушателям подготовленные им попурри по мотивам русских народных песен. Здесь у него начали вызревать мысли о создании русской национальной оперы. Тогда же он записал некоторые музыкальные темы, которые впоследствии вошли в оперную ткань «Жизни за царя».

Милая Мария