Читаем Русалка из Рустамовки (СИ) полностью

  Автобус затормозил на обочине, подняв облако пыли.

  — Выходи, парень. Твоя остановка.

  Я завис на ступеньке, озираясь по сторонам:

  — Это Рустамовка?

  — Она самая. Давай, не задерживай!

  Накинув рюкзак на одно плечо, я спрыгнул на землю. Водитель посигналил и закрыл дверь. Здравствуй, лето в глуши — я приехал! Вздохнув, поплелся по грунтовке, уходящей от большака в сторону небольшой деревушки.

   Родители меня кинули. Свалили в Тайланд. Мне сказали: неплохо бы навестить бабушку — провести каникулы на природе, воздухом подышать. Известный же факт — воздух в деревне Рустамовке очень полезен для молодого организма. Знаю я настоящую причину — завалил почти всё, что мог. В нашей выпендрежной гимназии экзамены сдаются в каждом классе. Родители уши прожужжали — на следующий год куда-то поступать. Конечно же, в Рустамовке я подумаю над своим поведением.

   Не заметил, как добрёл до деревни. Давно здесь не был. Бабушка сама приезжает в гости — на день или два. И быстро начинает собираться обратно, причитая про огород, поливку и своих кур. Который же дом её? Я немного растерялся. А Рустамовка сильно изменилась! Новые домики. Сюда что, люди приезжают? Жить? Ненормальные. Вроде бы начал ориентироваться. Вот дом соседки тёти Вали — мы в детстве играли с её сыном Толиком. А вот и бабушкин домишко, с железной крышей.

   Знакомая калитка. Небольшие окна в деревянных рамах, занавески в горошек. Ромашки разноцветные в садике. Нервничаю. Да, давно не был: последний раз калитка была мне по грудь. Не бежать же обратно на большак? Бабушке я звонил — ждёт. Набрал воздуха в грудь, открыл калитку и пошёл к дому. Не заперто. Заглянул внутрь: пол деревянный, маленькие плетёные коврики.

  — Бабуль!

  Не ответила. Дома нет? А что не закрыто тогда? Понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить — может, в огороде? Сбросив рюкзак, я вышел. Догадка моя оказалась верной: бабушка Зина что-то полола. Хочется ей в такую жару надрываться?

  — Бабуля, привет.

  Она подняла голову, прищурилась. И вдруг резко разогнулась, взмахнув руками:

  — Ох ты ж, батюшки, Мишка!

   Первым делом бабушка заставила меня вымыть руки и посадила за стол. Ё-моё! Еда как из рекламы домика в деревне: блинчики, сметана. Ягоды какие-то.

  — Молоко будешь?

  Я отрицательно покачал головой.

  — Зря ты. У соседки сегодня взяла. Свежее.

  Из пакета оно как-то, привычнее. А это что, прямо из коровы?

  — Не, бабуль, спасибо. Я молоко только с кофе пью.

  — С кофеём? Ну вы гляньте-ка на него. — Она села напротив. — Вырос-то как!

  Я не нашёлся что сказать и полез в телефон.

  — Мишка! За столом! Убери!

  Сигнал совсем слабый.

  — Бабуль, а что тут со связью?

  — С чем?

  — Э-э… Ну, с телефоном? Ловит?

  — А-а. Нет. Если только к большаку уйдёшь. Или к магазину. Они к вышке ближе. А у нас нет, что-ты.

  Ну ни фига себе! Попал я. Я ж тут сдохну со скуки!

   Спустя пол дня я выяснил, что с телефоном нужно на крышу. Нагретую за день солнцем. Загорать можно! Найдя в бабулином комоде полотенце, забрался наверх. Лежать в солнечных очках не хотелось — а без них неудобно пялиться в телефон: ярко светит солнце. Устроившись на животе, наблюдал за деревенскими. Малышня бегает по улице. А в соседских огородах одни тётки. Ровесников моих нет. Может, к лучшему? Не представляю, как бы тусовал с местными. Скука! Уже со всех сторон прожарился. А что бы делал в городе? Зависал бы с такими же неудачниками, оставшимися летом дома. Цедил бы колу со льдом, а может быть и пиво. Большего неудачника чем я не найти. Я в деревне.

  Весь день валял дурака. Ночью спал как убитый. Разбудил меня шум и сладкий запах с кухни. Потянувшись, поднялся. Пирожки! С раннего утра. Чувствую, я тут окабанею! После завтрака бабушка, убирая посуду, бросила через плечо:

  — Мишань, сегодня суббота. Поможешь по хозяйству?

  Я напрягся. Сейчас много говорят про гендерное равенство, но мыть посуду или полы чёт не хочется. Я, конечно, планирую как-нибудь побыстрее съехать от родителей и жить один. Но есть же робот-пылесос и посудомоечная машина, да?

  — Дров надо наколоть. Для бани.

   Что я знаю про колку дров? Хотел на ютубе поискать — дохлый номер. Осмотрев “чурку”, пришёл к выводу, что необходимо какое-то механическое сдавливающее устройство с тонкими стальными клиньями, способными сей предмет расщепить вдоль волокон. Но бабушка вручила мне топор. За два часа “знакомства” с колкой дров я понял, что не хочу жить в деревне — ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах. А ещё пришло осознание, что бабушка здесь совсем одна: со своими дровами, банями, огородами и водой из колонки через дорогу. Вот вырасту, куплю ей квартиру и увезу отсюда к… К благам цивилизации.

  — Мишань, ты как?

  — Нормально. Почти закончил. — Я опустил топор в шершавое дерево: чурка раскололась на две части. Поставив одну из отлетевших половинок на место, я расколол и её, кинув полешки в образовавшуюся кучу.

  — Ишь ты, как приноровился! Молодец. Что сейчас делать будешь?

  — А что? Что-то надо?

  Я как-то проникся к бабуле, успевшей за утро полить садик и огород, сбегать к соседке, приготовить на завтрак пирожки и вымыть весь дом, большим уважением.