Читаем Рука сатира полностью

— Предлагаете мне побеспокоиться? — улыбнулся Мастерс. — Это не отвлеченное теоретизирование. Я могу доказать, что кондиционер в офисе был включен и выключен много позднее. Ночной сторож, когда совершал свой второй обход, слышал звук работающего кондиционера, и он может в этом присягнуть. От себя могу засвидетельствовать вместе с хозяином здания, который впустил меня внутрь и находился рядом, что кондиционер, когда мы обнаружили тело Коннора, был выключен. Это означает — убийца вернулся, как я и «теоретизировал».

Что касается орудия убийства, то Коннор был ярко выраженным левшой. Это позволяет доказать, что он невиновен в смерти собственной жены. Досадной ошибкой было забыть об этом, отпечатывая на рукоятке ножа пальцы правой руки Коннора, — даже учитывая действительное напряжение той ночи, необходимость спешить и все прочее. К тому же нож для вскрывания бумаг взяли со стола в кабинете Ларри Коннора — секретарша твердо опознала его. Очевидно, что другой, а не Коннор, взял нож из офиса в дом, и, так как вы нашли, что нож находится в груди Лилы Коннор, становится прямо-таки наглядным, что он был взят убийцей из офиса для этого.

Джек Ричмонд внимательно разглядывал пустую банку из-под пива. Затем поднял глаза:

— Да, лейтенант, дело вы проработали прекрасно, но не обязательно против меня. Вы не продемонстрировали ни одного прямого доказательства, связывающего меня с обеими смертями. Это существенно.

— Множество людей оказываются в петле или в каком-нибудь столь же малоприятном месте, — сухо сказал Мастерс, — из-за косвенных улик. Кроме того, тут есть небольшое основание для преступления, побудительные мотивы.

Джек смешался, и Мастерс замолк. Он молчал так долго, что стало казаться, будто он отвлечен какой-то далекой неясной мыслью, неожиданно вспыхнувшей в сумерках.

— Хотите, чтобы я раскрыл ваши побудительные причины, доктор Ричмонд? — наконец произнес он.

— Вы хорошо поработали, лейтенант, не так ли? — пробормотал Джек и резко засмеялся. — Да, я был достаточно глуп, чтобы позволить себе связаться с Лилой. Все кончилось незадолго до того, как она умерла. Не ждите, я не стану вдаваться в подробности. Скорее всего вы знаете большинство из них.

— Я выяснил кое-какие вещи, — кивнул Мастерс. — Смотрите, доктор, может, нам лучше не обсуждать это в присутствии вашей жены…

— Пусть вас не смущает присутствие миссис Ричмонд. Моя жена давно знает все обо мне и Лиле. Я рад, что сам рассказал ей все, а не потому, что она поймала меня. Таким образом, зачем мне было убивать Лилу? С какой стати?

Мастерс повернулся к Вере Ричмонд.

— Это правда, миссис Ричмонд? И пожалуйста, не говорите, что это так, если ваш муж лжет. Ни его, ни вас это до добра не доведет, и если ложь будет повторена официально, для вас это может иметь печальные последствия.

— Джек добровольно рассказал мне, — ровным голосом произнесла Вера. — И я решила — не позволю этому развести нас. По двум причинам, лейтенант. Первая — я люблю его. Вторая — я знаю, он любит меня, несмотря на необычное для него нарушение верности. Мне показалось странным, если наш брак рухнет из-за бродяжки, которая для него не более, чем минутное развлечение.

— Это делает вас довольно примечательной женщиной миссис Ричмонд. Не слишком ли тяжело было жить по соседству с женщиной, с которой, как признался ваш муж, он спал?

Вера побледнела. Но голос ее не дрогнул.

— Да, лейтенант, это было тяжело, особенно потому, что, соблюдая приличия, мы должны были поддерживать соседские отношения с Коннорами. Что бы вы посоветовали сделать? Бежать? Сказать Джеку, что надо переехать? Это только принесло бы Лиле удовлетворение, которого она не заслужила. И кроме прочего, как бы то ни было, я выиграла, она проиграла.

— Очень занятная позиция, — огрызнулся Мастерс, — но звучит немного жестоко, чтобы удовлетворить меня. Я все же предполагаю, что шашни вашего мужа с Лилой Коннор дали ему повод убить ее.

— Но зачем? — спросила Вера, и сейчас это был возглас протеста. — Он расстался с ней — я знала об этом.

— Мог ли какой-нибудь мужчина расстаться с Лилой Коннор, — сказал намеренно жестко Мастерс, — до того, как она готова его отпустить?

Его тон, его выражения, казалось, возвращают Лилу назад, из смерти. Джек Ричмонд махнул рукой.

— Очевидно, вы изучили Лилу в совершенстве.

— Да, доктор. В ночь, когда у вас происходила вечеринка. Ларри Коннор сделал несхолько резких настораживающих замечаний о своей жене. Вы думали, я не обращу на них внимания? Я проверил, и все оказалось правдой. У Лилы было три мужа, быстро сменивших друг друга до ее брака с Коннором, и со всеми она сыграла дьявольскую шутку. То же она продолжала делать, будучи женой Коннора. Похоже, ею двигала ненависть к мужчинам. Она, возбуждая, притягивала их, затем отбрасывала, словно ненужную вещь. Единственное, что она не могла принять, — это быть брошенной. Тогда она становилась действительно опасной. Чем она угрожала вам, доктор? Скандалом? Профессиональным крахом? Чего она требовала? Денег? Развода и новой женитьбы?