Читаем Руимо. Пришедшая (СИ) полностью

Впереди показался просвет. Вселив в сердце надежду, он заставил Деми ускорить шаг, и через несколько минут кривые корни остались позади. Сбитая с толку, девушка сощурилась от яркого, тёплого света, но быстро к нему привыкла.

Тёплый, свежий ветерок дул в лицо, лаская распустившиеся волосы; пару раз Деми неудачно цеплялась за ветки, и те сорвали ленту, и поскольку артефакт ждать её не собирался, приходилось спешить. Деми оглянулась: куда это он запропастился?

Кругом витал свежий аромат травы и полевых цветов, растущих здесь в большом количестве. Деми оглядела уютную полянку: всё, что её окружало, было как бальзам на сердце после утомительных, бесконечных блужданий в тёмном лесу.

Кругом суетились и жужжали пчёлы, громко стрекотали прячущиеся в пышной зелени кузнечики. Ярко-голубая пятнистая бабочка, размером с ладонь, вспорхнула с жёлтого цветка и села на плечо Деми. Живая красота завораживала: хотелось опуститься на мягкую, свежую траву, вдыхать этот чудесный аромат цветения и хотя бы немного отдохнуть…

Деми тряхнула головой, борясь с внезапно навалившейся усталостью и нежеланием двигаться дальше.

— Я прохожу испытание, — напомнила она себе, но фраза прозвучала скорее как вопрос, а не утверждение. Сладко зевнув, она протёрла заслезившиеся глаза и нехотя прогнала бабочку, до сего момента не собиравшуюся покидать своё место.

Чтобы разглядеть то, что находилось на небольшом возвышении, пришлось сощуриться. Подозрительно окутанное серым туманом, над поляной на своём холме, словно на троне, росло широкое дерево. Ветви его были сухи и черны, без единого листочка.

Каждый шаг к нему навстречу давался тяжело: холм казался таким высоким, а подъём — таким крутым…Превозмогая усталость, сравнимую с ощущениями после изнурительных тренировок, она всё же взобралась и, достигнув цели, упала на четвереньки, тяжело дыша.

Совсем рядом, у самого основания ствола посреди спутанных корней выглядывал нераспустившийся тёмный бутон, лепестки его были испещрены синеватыми прожилками, словно тонкими венами. Ошибки быть не могло: то самое древо и чёрный Пятилистник. Испытание оказалось на удивление несложным — осталось лишь отнести цветок Рику. Предчувствуя какой-то подвох, она подошла ближе к растению; внезапно возникшие неприятные шуршание и скрип напугали её. В траве что-то двигалось — что-то длинное и тонкое, похожее на змей, подбирающихся к ней сразу с нескольких сторон. Девушка попятилась назад. Нечто твёрдое и шершавое болезненно обвило и свело запястья за спиной, затем обхватило вокруг плеч и шеи, беспощадно сдавливая и не давая продохнуть. Корни и ветви ожили. Обездвижив, они плавно подняли её над землёй и медленно притянули к древу. Его иссохшая кора стала подвижной, и множество неразличимых до сего момента глаз широко и с треском распахнулись, беспорядочно глядя по сторонам. Когда все они остановились на побледневшей от ужаса и отвращения Деми, ей захотелось закричать.

— Зачем стамра нарушила мой покой?

Голос был скрипучим и невнятным, каждое слово произносил медленно и с трудом. От него внутри всё содрогалось — казалось, он проходит насквозь.

— Пятилистник, — говорить уверенно ещё никогда не было так сложно. — Я пришла за чёрным Пятилистником, и без него не уйду.

Раздался гул и скрежет. Древо несколько раз вздрогнуло, издавая странные звуки, и Деми поняла, что оно смеётся.

Болезненные путы ослабли и она выскользнула на землю. Потирая поцарапанные запястья, она глядела на чудовище с недоумением.

— Глупое дитя. Зачем тебе этот уродливый, никчёмный цветок? Неужели это — то, чего желает твоё сердце?

Воздух делался всё холоднее, туман разрастался и вскоре стал непроглядной, серой пеленой. Тело пробирала дрожь, которую Деми безуспешно пыталась унять.

— Не бойся, дитя. Чего же ты хочешь? Это ведь так просто: поведай мне свои мечты, и я тотчас исполню их.

— Мне нужен Mar» an Yyv, чёрный Пятилистник.

— Неправильный ответ.

Наступила глухая тишина. Непроглядный туман укутал всё вокруг, и ни ног, ни даже земли за ним видно не было. Осторожно ступая и прислушиваясь, Деми вытянула вперёд руку и попыталась нащупать древо. Кончики пальцев коснулись шершавой коры. С отвращением вспомнив, сколько на ней было глаз, она отдёрнула руку, но позже заметила, что опасения были напрасны: перед ней стояло самое обыкновенное иссохшее дерево. Тогда она наклонилась к месту, где раньше видела выглядывающий из корней бутон. Тот был на прежнем месте, но сложившаяся ситуация ввела в замешательство. Деми выругалась. Корни оплели стебель так, что до него было не добраться.

Отдирать кору не имело смысла: слишком крепкая; даже камень, приложенный со всей силы, не оставил ни малейших повреждений. Поскольку физическое воздействие оказалось бессмысленным, Деми попыталась прибегнуть к магии.

Нужно выколдовать пламя. После нескольких неудачных попыток Деми признала: это — полный провал. Всё, на что она способна — это крохотная искра, которая исчезала сразу после появления.

Тем временем туман стал более редким, и предел видимости увеличился.