Читаем Ручной Привод полностью

Информацию о местонахождении Марии Сергею дал Розгин – занявшись наследством Андрея, Павел не упустил ни одной детали и узнал, что вернувшаяся в Москву Крестовская, несмотря на наличие у нее собственной квартиры, сняла дом в элитном поселке по Новорижскому шоссе. Судя по всему, парочка не ценила шумный московский центр. И Розгин же настоял на том, чтобы подвезти Сергея.

«Зачем тебе этот риск?»

«Скажем так: моя последняя услуга лично тебе, Сергей, мы ведь вряд ли еще встретимся?»

«Рано или поздно встретимся».

«Не будем загадывать так далеко».

Кажется, это и называют дружбой.

Веснин и Розгин расстались неподалеку от огораживающего поселок забора. Вновь обменялись рукопожатиями, вновь посмотрели друг другу в глаза. Молча посмотрели. Все обговорено, все сказано, к чему лишние слова?

Затем адвокат сел в свой «Мерседес», развернулся и направился в Москву жить дальше, а Сергей без особого труда преодолел трехметровый забор и неспешным, уверенным шагом двинул по асфальтированной дорожке к нужному дому. Безобидный на вид, прилично одетый юноша – у кого он может вызвать подозрения? Соседи не обратят на прохожего внимания: раз оказался внутри охраняемой зоны, значит, все в порядке. Охранники тоже, тем более что сотрудники местной безопасности давно отказались от регулярного патрулирования в дневные часы – зачем? На случай непредвиденных обстоятельств в каждом доме предусмотрена тревожная кнопка. А на сверхъестественные обстоятельства никто не закладывается.

Жизнь за городом течет неспешно, а окруженная высоким забором – еще и безопасно. Или только кажется безопасной?

Демонстрировать свое лицо телохранителю Марии Сергей не собирался – если вдруг его подвергнут гипнозу, парень все вспомнит. Веснин незаметно перелез через забор участка, пробрался к дому, посидел у окна гостиной, выжидая, когда высокий крепыш окажется в зоне видимости, после чего легко прикоснулся к его «искре», отправив в глубокий сон.

Теперь между Весниным и Крестовской оставалась только лестница на второй этаж.

– Да, я обещал, что деньги будут скоро, и не отказываюсь от своих слов, – мрачно произнес Семен, прохаживаясь по кабинету с телефоном в руке. – Со всеми набежавшими процентами и компенсацией за причиненные неудобства. Но мне нужна еще одна неделя. – Помолчал, выслушивая собеседника, и продолжил: – Я нахожусь в Москве, Леонид Карлович, и не собираюсь прятаться или увиливать. – Криво усмехнулся: – Да, понимаю, что бесполезно. Но убежден, что деньги будут. В противном случае я бы уже застрелился.

Сидящая на диване Мария угрюмо хмыкнула.

– Спасибо, Леонид Карлович, обещаю – я не подведу. – Костылев положил телефон на стол и посмотрел на Крестовскую: – Он давит, чтобы я не забывал о долге. Срок остается прежним – через неделю мы должны расплатиться.

– Расплатимся, – уверенно произнесла женщина и перевела взгляд на свои ногти.

– Но ведь Розгин затянул дело о наследстве.

– За неделю мы выправим ситуацию.

– Он будет упираться. Счета заблокированы…

– Сеня, какой же ты все-таки простой, – усмехнулась Мария. – Веснин в твои годы был умнее даже не в разы, а на несколько порядков.

Крестовская частенько позволяла себе подобные резкости, как правило, обоснованные, и Костылев уже давно выражал обиду исключительно соответствующим тоном:

– Что ты имеешь в виду?

– У нас есть неделя, чтобы заставить Розгина признать мое право на наследство. Его положение шаткое, он не устоит. И даже если он продолжит блокаду счетов, самого факта признания будет достаточно, чтобы мы получили кредит в любом банке.

– Гм… логично. – Семен помолчал, но через несколько мгновений негромко спросил: – Ты звонила Давиду?

– Он не отвечает, – ровно отозвалась Мария.

– А его помощники?

– За кого ты меня принимаешь? – возмутилась Крестовская. – Я не знаю помощников этого бандита.

Костылев растерянно посмотрел на женщину:

– И что нам делать?

– Ждать, что же еще? Учитывая профессию Грыгадзе, у него могли возникнуть какие-нибудь проблемы. – Мария выдержала короткую паузу и добавила: – Не связанные с нашим делом.

– Мне не нравится его молчание, – хмуро бросил Костылев.

– Мне тоже.

– Да и сам Грыгадзе не внушает доверия.

– Уголовники – подонки общества, внушать доверие – не их стиль. – Мария помолчала. – Но иногда они бывают полезны.

В деле о наследстве, например.

– Не боишься, что рано или поздно Грыгадзе придет в голову нас шантажировать?

– Угрожая рассказать ментам, что он убил Андрея? Семен, иногда ты превосходишь сам себя.

Костылев издал свое излюбленное «гм» и повернулся к дверям, среагировав на послышавшиеся в коридоре шаги.

– Володя, это ты?

– Нет, не я.

Семен в недоумении уставился на дверь. Мария вздрогнула.

– Володя внизу, – тихо произнес вошедший в комнату Веснин.

– Андрюша?

– Здравствуй, мама. Здравствуйте, господин Костылев.

К огромному удивлению Крестовской, Семен среагировал весьма достойно:

– Мы знакомы?

– Павел рассказывал о вас.

– Что ты здесь делаешь? – небрежным тоном поинтересовалась оправившаяся Крестовская.

– Хотел поговорить с тобой, мама.

– Раньше ты называл меня Марией.

– Думаю, теперь мы стали несколько ближе.