Андрей знал, что у Кати имеется собственный салон одежды. О конкурсе «Бизнесвумен» он прочитал в Интернете. Конкурс широко обсуждался в деловых кругах. На портале конкурса значился список участниц, за которых предлагалось голосовать. Там же вывешивались промежуточные результаты. Катя вышла в финал и должна была участвовать на последнем состязании, которое заканчивалось ночью. Андрей имел представление о подобных мероприятиях. Обычно они завершались обильными возлияниями. Это было ему на руку. Он подъехал к бизнес-центру, отметив про себя, что он располагается поблизости от дома Рыжикова. Впрочем, все приличные бизнес-центры размещаются в центре, где предпочитал проживать и Рыжиков.

Маячить у самого бизнес-центра было опасно, но другого шанса у него не имелось. С Катей следовало покончить побыстрее. Все осложнялось тем, что она вечно чем-то занята, так что встретиться с ней в каком-либо удобном месте – весьма затруднительное дело. На его удачу, освещение в том переулке, где находился бизнес-центр, было весьма слабеньким, а разрытая канава отсеивала всех желавших припарковаться поблизости. Надо быть просто первоклассным водителем, чтобы удачно маневрировать между колдобинами, рискуя повредить подвеску в машине. Андрей водил машину уверенно и не боялся за свою уже пострадавшую в недавнем ДТП «Тойоту». Вмятину, образовавшуюся на капоте автомобиля после его наезда на Вику, уже выровняли «свои» спецы, не имевшие привычки задавать лишние вопросы. Кроме того, на автомобиле появились другие номера, тоже поддельные. Разъезжать с ними по городу было опасно, но, учитывая, что он водил машину аккуратно и его крайне редко останавливали сотрудники ГИБДД, рискнуть стоило.

Катя вышла около полуночи, необыкновенно красивая, со светившимся от счастья лицом. Всю дорогу она задорно смеялась, ее хмельные глаза ярко блестели. Это была уже не та Катя, которую он знал когда-то: не беззащитная маленькая девочка и не навьюченная работой ломовая лошадка, упрямо продвигавшаяся к своей цели, сомневаясь и в успехе, и в самой себе. Рядом с ним сидела сильная, раскованная молодая женщина, и она четко осознавала, что у ее прекрасных ног лежит весь мир. Она была настоящей королевой, и даже корона, украшавшая ее голову, была здесь ни при чем. От Кати исходила энергетика уверенности в себе и ощущение победы.

Провод от наушников затянулся на ее шее так неожиданно, что она даже не успела понять, что умирает. Андрей остановился на глухом участке шоссе, вынес из машины Катю и ее вещи и спрятал в овраге, который совершенно не просматривался с дороги.

* * *

– Павел Аркадьевич, тем кольцом с рубинами, которое вы изготовили из броши, интересовалась милиция. Его обнаружили в кармане у убитого мужчины, – доложил Слава шефу, когда он появился в мастерской.

– Этого следовало ожидать, – ничуть не удивился Горинелли. – У тех рубинов черная энергетика, они, как магнит, притягивают к себе смерть.

– Но разве такое бывает? Я всегда считал, что все рассказы о магических свойствах драгоценностей – не больше чем байки, такие сказки, наверное, в отношении любой профессии имеются.

– Ты еще слишком мало работал с камнями и поэтому не ощущаешь исходящую от них энергетику. Я же – ювелир в восьмом поколении. Брошь для леди Гамильтон изготовил мой предок. Это была его первая серьезная работа, с нее-то и началась некогда династия ювелиров Горинелли. Когда Джузеппе Горинелли обрабатывал рубины, он поранил палец. Кровь окропила камни, и они из розовых превратились в светло-красные. Это была верная примета, что рубины напьются чьей-то крови не единожды. Не следовало бы вставлять их в брошь, но других камней у него не было, а Нельсон дал хороший задаток и за работу обещал щедро заплатить. Джузеппе вставил в брошь кровавые рубины и даже не предупредил адмирала, побоявшись его гнева. С тех пор на протяжении уже более двухсот лет сама судьба постоянно сводит ювелиров из рода Горинелли с людьми, касавшимися кровавых рубинов. Некоторые из нас пытались даже сменить профессию, но жизнь возвращала их к семейному ремеслу. Мой отец преподавал историю в университете, но потом все же вернулся в ювелиры. Я повторил его путь – одно время тоже преподавал в вашем колледже. И теперь, как ты сам видишь, я здесь. Камни не хотят отпускать нашу семью. Они наделили нас силой пророчества и требуют взамен преданной службы.

– А разве вы – пророк? – удивился Вячеслав.

– Немного, – прищурил мастер свои жгуче-черные, словно угольки, глаза.

Слава слушал своего наставника со скептическим выражением лица – он всегда был закоснелым реалистом, не воспринимающим даже фантастики. Чтобы не обидеть Павла Аркадьевича в его лучших чувствах, Слава не выразил ему свое недоверие, но про себя посчитал его рассказ просто красивой легендой.

17 апреля, 2010 г