Читаем Рубины леди Гамильтон полностью

– Добрый день, пани Анета! – буркнул он и убежал по своим делам. С того самого дня мальчишки начали дразнить Леву Гамильтоном.

* * *

Племянник Николая Потемкина, Иван, был страстным поклонником Африканского континента. Все началось с невинной сказки про доктора Айболита, которую ему прочли в детстве. С тех пор он и увлекся Африкой.

В его доме повсюду висели картины с пестрыми африканскими мотивами, которые Николай нашел очень интересными. Кроме картин, интерьер украшали всякие экзотические вещицы – бесполезные, но занятные: бубны, веера, перья, амулеты и прочая этническая утварь.

– Любопытная надпись, – сказал Иван, когда дядя показал ему фотографию ножа, которым был убит Рыжиков.

– Думаешь, это надпись?

– Несомненно. Чтобы ее прочитать, мне нужно заглянуть в справочник. Подождешь?

– Валяй. Я пока чайку соображу.

Пока Николай возился в кухне, Иван углубился в чтение файлов. Это занятие увлекло молодого человека, и он не заметил, как перелопатил все свои справочники в поисках ответа на вопрос. Дядюшка его не торопил. Он успел уже допить вторую чашку чаю, приготовить горячие бутерброды, съесть их и снова заварить чай. После второй партии чая Николай не выдержал, подошел к племяннику и встал «над душой», заглядывая в монитор.

– Ну? Есть что-нибудь?

– Ерунда какая-то получается, – развел руками Иван. – Написано на языке племени волошу, живущего в центральной части материка, в низовьях реки…

– Так ты прочел надпись или нет? – перебил его Николай.

– Прочел. Только она, эээ… неприличная. Здесь написано: «Катя». А дальше слово, у волошу обозначающее падшую женщину.

– Потаскуху, что ли?

– Не совсем. У волошу нет такого понятия, как потаскуха. Есть гораздо хуже, но зато такого выражения нет в русском языке, даже в матерном. Сказывается различие моральных ценностей. Что для нас терпимо, для них – неприемлемо. В общем, эта дама до того падшая, что, если ты прикоснешься к ней, сам станешь таким же – всеми отвергаемым и презираемым.

– Как к опущенному на зоне.

– Возможно. Тебе виднее. Зоны – не моя епархия.

Допив чай, Николай поблагодарил племянника и отправился домой.

– «Катя – последняя б…», – задумчиво произнес Юрасов, выслушав Потемкина. – Спасибо, удружил! Только теперь я ума не приложу, что мне с этой надписью делать и каким боком она касается убийства.

– Может, и не касается вовсе.

– Нет, погоди. А вдруг эта Катя и есть та самая фотомодель?

– Которая всадила в Рыжикова нож? – усмехнулся эксперт. – Только почему ты считаешь что она фотомодель?

– Из-за роста. Рост убийцы не ниже ста восьмидесяти. А что убийца – фотомодель, то мне так думать приятнее. Все же лучше иметь дело с фотомоделью, чем с каким-нибудь уродом. Должно же быть хоть что-то приятное в моей работе?

– Здесь ты прав. Что-нибудь приятное в работе, безусловно, должно иметь место. Кстати, у меня для тебя есть еще кое-что. Кольцо, найденное в кармане убитого, весьма любопытное. Если посмотреть на него сбоку, то на одном из рубинов можно заметить небольшое углубление. И углубление это не простое. Этот дефект был получен путем механического воздействия. Смею предположить, в результате соприкосновения со снарядом стрелкового оружия. Нет, нет, не надо делать таких испуганных глаз! Огнестрел вам расследовать не придется, по той простой причине, что если он и имел место быть, то очень давно.

– Ну, слава богу, хоть в чем-то повезло. Ты хочешь сказать, что кольцо с биографией?

– Не совсем так. Само кольцо изготовлено недавно. А вот рубины – с биографией. Камни вообще имеют свойство жить дольше людей. И еще. На обратной стороне кольца стоит отметка – авторский знак. Некоторые ювелиры таким образом помечают свои работы. Вот, полюбуйся, – Потемкин достал кольцо и поднес к нему лупу. – Видишь?

– Ну, загогулина какая-то.

– Это для тебя загогулина, а в цеховом сообществе ювелиров – это нечто весьма значимое. Если с ними пообщаться, думаю, они расскажут нам массу интересных вещей.

* * *

Катя еще раз перечитала досье своей основной соперницы. Светлана Горшкова, менеджер холдинга «Каравелла».

– Менеджер холдинга, – произнесла она с усмешкой. – Написано так, будто Горшкова – руководитель компании! Ага, аж два раза руководитель! Какими бы близкими ни были их отношения с Ринатом, он никогда не назначит тупую девицу на должность выше секретарской. Ринат – бизнесмен, умеющий делать деньги. Верх глупости держать в руководстве ничего не смыслящую в управлении любовницу. Да она все дело под откос пустит! Нет, Светик, ты не топ, а офис-менеджер, и это – лишь в лучшем случае! Что там дальше? Два иностранных языка! Интересно, каких и где она их успела изучить? В баре, когда официанткой работала, по бутылочным этикеткам?

Дальше все было еще круче.

– Это Горшкова университет окончила?! Ну-ну! Школьную программу не могла осилить, едва в девятом классе отучилась. И то «тройки» ей нарисовали, закрыв глаза. Хотя Ринат не жадный, деньги на диплом мог ей дать. Пожалуй, Светка могла обзавестись высшим образованием, минуя среднее.