Читаем Рубиновый полностью

На Эрне смешная куцая панамка. Панамка — волшебная палочка. Проницательная англообразная мисс Марпл сразу же превратилась в пожилую немочку с обгоревшим курносым носом, на котором блестят бисеринки пота. Фрау Каулитц уже все рассказала несколько раз подряд. Я лично запомнила ее монолог наизусть (кстати, действительно на редкость правильный для иностранки русский язык и поразительное отсутствие акцента). Но муж требует продолжения банкета!

— Моя невестка Маша любит дартс и собирает дротики. Она умоляла меня привезти бандерильи. Я попросила гида о помощи, он сказал, что это будет стоить сто евро, — покорно объясняла Эрна. Воистину немцы — очень терпеливая нация! — Гид принес мне четыре бандерильи, я положила их возле балконной двери. Они же с корриды, все в крови… Мой коттедж — рядом с вашим. И номер тоже на первом этаже, балкон — это фактически лужайка. И я решила идти на ужин именно через балконную дверь, так ближе. Как я изумилась! Дротиков оставалось уже три, хотя я точно помнила, что их было четыре. И тогда я положила бандерильи в свою большую пляжную сумку. Их ведь могли украсть! А возвращаться в номер я поленилась.

— Скажите, а вы точно уверены, что не видели поблизости нашей девочки? — вкрадчивым голосом поинтересовался Дима.

Аленка надувает щеки и демонстративно отворачивается от папы. Каждый позвонок на ее спинке — само возмущение.

— Нет, я никого не видела возле коттеджа, — опять повторила Эрна.

Она уже нам призналась: мечтает о внуках. Но сын с невесткой что-то пока не торопятся ее порадовать. Фрау Каулитц, как мне кажется, жарится на солнце только ради Аленки. Димина дочь, при всем своем скверном характере, умеет завоевывать симпатию, я тоже не могу на нее долго злиться. Эрна млеет, наблюдая за нашим надутым чертенком. Ну не ради же Диминого допроса она уже второй час сидит на ярком прямом солнце! В ее возрасте это уже вредно! Думаю, даже если фрау Каулитц заметила бы Аленку, тайком утаскивающую бандерилью, она ни за что не призналась бы в этом Диме.

Хм… На пляже появляется Вика, и надо признать, что мальчик-официант вполне закономерно поцокал языком. Фигура спортивная, стройная, без целлюлита. Женщина машет рукой Диме, и… Как интересно, а ведь она краснеет. Смущается.

Я уверена в Данилове больше, чем в самой себе. Он однолюб по природе, я просто встретилась ему на пике кризиса среднего возраста. И может, я была одной из немногих, кто не смотрел на него, как на мужчину. Хотя он очень привлекательный. Но мне было так жаль его, пулей мчащегося через толпу поклонниц к машине! Я просто не хотела причинять ему проблем еще и своими знаками внимания!

Уверена в муже. Да и к кому ревновать — к этой бледной, коротко стриженной поганке?! Мне, с моей роскошной модельной фигурой и выразительным лицом?! Смешно! Но я с удовольствием понаблюдаю за жалкими попытками соблазнить Данилова. Да, вот, вы только посмотрите! Она уже присаживается рядом с Диминым лежаком на корточки, что-то шепчет. Димка отодвигается. Еще бы! Как я вчера лихо загнула: «Желтуха: альковные тайны»?..

Очень неуютно.

Прямо мороз по коже.

Так и есть — Саша Зотов.

Он подтаскивает лежак почти вплотную к моему. Если бы не валяющийся на песке мой надувной фиолетовый матрасик, оператор без труда мог бы коснуться меня рукой.

Дима, Вика, Аленка, Эрна — прожектора их взглядов шарят по нам с Сашей. Изумленные глаза полностью правы: даже разделенные матрасиком, мы лежим слишком близко для посторонних незнакомых людей.

Зотов, в темных очках, счастливо улыбается и делает вид, что любуется морским пейзажем.

Я не выдерживаю, поднимаюсь и иду к бару за минералкой.

Выпью воды. А потом — сразу в море, приклеиться животом к матрасу, опустить в прохладную воду руки. И ни о чем не думать.

Да, как и многие южные девушки, я не умею плавать. Для нас море — не отдых и развлечение, а работа. Для того, чтобы трудиться в шашлычной, умение плавать мне не требовалось.

Я бы попросила Диму меня научить. Но, боюсь, есть все шансы пойти ко дну под страстным взглядом Зотова.

— Hola! Por favor…[6] — бодро начинаю я, но испанец улыбается так призывно, смешные ямочки на его щеках, карие глаза, расстегнутая рубашка, гладкая смуглая грудь, и…

Мысли убежали вниз, испанские слова иссякли, я просто показываю пальцем на бутылочку минеральной воды без газа и быстро ретируюсь.

— Минара! Смотри… — Аленка растерянно теребит сдувшийся матрасик. — Он уже был такой, когда я пришла! Честно!

Дима рывком перевернул фиолетовую тряпку и присвистнул:

— Ты видишь! Дырка как раз по центру, на нижней части матраса! Слава богу, что ты не отправилась плавать…

Лицо Зотова непроницаемо. Словно вообще ничего не обсуждают прямо у него над ухом.

Он тянется к сотовому телефону, начинает набирать эсэмэску.

Спиной пячусь к своему лежаку, хватаю спрятанный под складками полотенца мобильник. И, отвернувшись от мужа, быстро перевожу телефон в режим «без звука».

Успела! Принимающий эсэмэску телефон беззвучно вибрирует.

«Нам надо поговорить».

Конечно, это от Саши…

* * *

— Минара, я люблю тебя. Нам надо быть вместе. А знаешь, почему?