Сияющая прекрасная женщина повернула лицо к двери, верхняя губа ее по-звериному приподнялась, обнажая сочащиеся слюной клыки. Призрак что-то шепнул им, и звук его голоса напоминал стрекотание крыльев стрекозы. Казалось, что сияющая фигура скована в движениях. Заклинание продолжалось, и суккуб завизжал, призрачными руками хватаясь за голову. Мелодия песенки Флют посуровела, Сефрения заговорила громче. Суккуб корчился, словно от невыносимой боли, пронзительно крича, столь отвратительным голосом, что Спархок отшатнулся назад, к двери. Сефрения подняла руку и Спархок оторопел — она заговорила по-эленийски:

— Возвращайся туда, откуда пришла, — приказала она. — И больше никуда не уходи оттуда этой ночью.

С ужасным воем, суккуб растворился в воздухе, оставив после себя отвратительный запах гниения и разлагающейся плоти.

15

— Как она выбралась из башни? — тихо спросил Спархок. — Там только одна дверь и Оккуда запер ее.

— Она не выходила оттуда, — отсутствующим тоном ответила Сефрения. — Я только однажды видела это раньше, — Сефрения горько усмехнулась. — Нам повезло, что я вспомнила это заклинание.

— Но Сефрения, — сказал Кьюрик, — она же была здесь.

— Ее самой здесь не было. Суккубы сделаны не из плоти. Если их посылает человек, то это его дух. Тело Белины по-прежнему остается в башне, а ее дух бродит по дому.

— Значит Бевьер пропал? — мрачно спросил Спархок.

— Как раз нет. Я уже частью освободила его от одержания, насланного Белиной. Если мы будем действовать быстро, то я смогу совсем очистить его разум. Кьюрик, ступай разыщи Оккуду, мне нужно кое-что разузнать у него.

— Хорошо.

— А она не может вернуться? — спросил Спархок.

— Есть способ предотвратить это, но мне нужно поговорить с Оккудой, чтобы быть уверенной. И не говори так много, Спархок, мне надо поразмыслить, — она присела на край кровати и машинально положила руку на лоб Бевьера. Арсианец беспокойно зашевелился. — О, перестань, — сказала она спящему рыцарю и добавила несколько слов по-стирикски. Молодой Сириник тут же затих.

Спархок нервно ждал, пока она обдумывала ситуацию. Несколько минут спустя вернулся Кьюрик с Оккудой. Сефрения встала.

— Оккуда… — начала она, но вдруг замолчала, будто бы передумав. — Нет, — сказала она сама себе. — Есть более быстрый путь. Вот что я собираюсь делать. Я хочу, чтобы ты вспомнил тот момент, когда ты открыл впервые дверь в каземат Белины. Постарайся сосредоточиться на том, что делала Белина.

— Я не совсем понимаю, моя Леди, — сказал Оккуда.

— Понимать и не надо, только сделай это. У нас совсем мало времени, — она что-то коротко пробормотала по-стирикски и потянулась, чтобы дотронуться до середины лба слуги, для этого ей пришлось встать на цыпочки и вытянуть руку. — И почему вы все такие высокие? — пожаловалась она. Некоторое время продержав пальцы на лбу Оккуды, она убрала их и перевела задерживаемое все это время дыхание. — Как я и думала, — радостно проговорила она. — Это должно быть здесь. Оккуда, где теперь граф.

— Думаю, что он все в той же комнате, в гостиной, госпожа. Он обычно читает большую часть ночи.

— Хорошо, — сказала Сефрения и поглядела на кровать, щелкнув пальцами. — Бевьер, поднимайся!

Арсианец принужденно поднялся, лицо его было отрешенно, глаза пусты.

— Кьюрик, — сказала женщина, — вы с Оккудой помогите ему. Осторожно! Не уроните. Флют, а ты ступай в кровать. Я не хочу, чтобы ты все это видела.

Малышка кивнула.

— Идемте, господа, — твердо сказала Сефрения. — У нас мало времени.

— Но все же, что ты собираешься делать? — спросил Спархок, поспешая за ней по коридору — для невысокой женщины она двигалась невероятно быстро.

— Нет времени объяснять. Нам надо получить разрешение графа спуститься в подвал и попросить его спуститься с нами.

— В подвал? — переспросил Спархок.

— Не задавай глупых вопросов, Спархок, конечно в подвал, — она приостановилась и критически посмотрела на него. — Я же тебе говорила, чтобы ты все время имел при себе копье Алдреаса! Изволь возвратиться в свою комнату и взять его.

Спархок послушно развернулся и отправился за копьем.

— Бегом, Спархок! — крикнула ему вслед Сефрения.

Он нагнал их у подножия лестницы в большую гостиную. Граф Гэзек по-прежнему сидел, склонившись над книгой, освещенный мерцающим светом одинокой свечи. В очаге прогорели дрова и тускло краснели уголья, в дымоходе прерывисто выл ветер.

— Вы испортите себе глаза, мой Лорд, — сказала ему Сефрения. — Отложите свою книгу. У нас сейчас есть дела поважнее.

Граф удивленно уставился на нее.

— Я пришла попросить вас кое о чем.

— Конечно, мадам.

— Не соглашайтесь так быстро, граф Гэзек. Узнайте сначала о чем я хочу вас просить. В подвале вашего дома есть одна комната. Нам необходимо посетить ее с сэром Бевьером, и также необходимо, чтобы вы сопровождали нас. Если мы будем действовать достаточно быстро, то я смогу вылечить Бевьера и избавить этот дом от его проклятья.

Гэзек перевел озабоченный взгляд на Спархока.

— Я советую вам исполнить просьбу леди Сефрении, мой Лорд, — сказал Спархок. — Вам в конце концов все равно придется это сделать.