После смерти Эдуарда его женщина Джейн Шор связалась с лордом Дорсетом и, переодевшись монахиней, тайно встречалась с ним в Вестминстерском Аббатстве. Через нее лорду Дорсету удалось склонить лорда Гастингса Вильяма, одурманенного этой шлюхой, на сторону Елизаветы. Вместе с епископом Томасом Розердемом (который снова переметнулся на другую сторону), Джоном Мортоном, епископом Эли и лордом Томасом Стейнли, чья лукавая умная жена, леди Стейнли, недавно несколько раз посетила Вестминстерское Аббатство под видом того, что собиралась утешить королеву (они договорились убить Ричарда и тут же короновать юного Неда).

На совете Ричард обвинил этих людей в предательстве. Возникла небольшая потасовка, во время которой лорд Стейнли был слегка ранен. Ричард приказал, чтобы лорда Гастингса немедленно отвели в Зеленую башню и тут же казнили.

Изабелла была страшно напугана таким нехарактерным для Ричарда жестоким поступком и сразу же после казни уехала во дворец Кросби утешать свою любимую Анну, приехавшую в Лондон и глубоко пострясенную случившимся.

– Ваша светлость, Анна, ложитесь пожалуйста, – умоляла девушка. – Вы всегда были болезненны, и я боюсь, что вы снова сляжете после такого потрясения. Пожалуйста, ложитесь и отдохните. Я принесу настойку для успокоения нервов.

– Ах, Белла, это бесполезно, – всхлипнула герцогиня. – Боюсь, что даже это не поможет мне заснуть. Я не могу поверить, что Ричард совершил такое безумие. Вилл Гастингс был одним из самых близких друзей Неда! Приказать казнить его даже без суда…

Анна резко остановилась, прикусила губу, и по ее бледным щекам потекли слезы.

– Должно быть, у Ричарда была веская причина, которая заставила его действовать подобным образом, Анна, герцог очень добр. Никто не знает его лучше, чем мы с вами…

Голос Изабеллы задрожал, потому что она не смогла себя заставить рассказать своей ошеломленной и неверящей подруге ужасное продолжение истории: что епископ Розергем и лорд Стейнли были арестованы и заключены в Тауэр, что епископ Мортон, представлявший собой все большую опасность, был арестован и под охраной Бекингема доставлен в Брекнок на Уэльсе, как можно дальше от Лондона. Что Лорд Энтони Вудвилл, граф Риверс и сэр Ричард Грей были приговорены к смерти в замке Понтеффракт. Что Джейн Шор была арестована и брошена в тюрьму Ладгейт. Что леди Стейнли снова была лишена своих полномочий, и что ее сына Гарри Тюдора собирались убить йоркисты, как только они поймают его.

Все эти ужасные события произошли настолько быстро, что королевские глашатаи на перекрестке Паула уже объявляли о смерти лорда Гастингса.

Изабелла содрогнулась от мысли, представив как из отрубленной головы лорда Гастингса течет кровь, как вода из фонтана, запачкав наскоро сделанную колоду, обагрив траву Зеленой башни.

– Теперь ты понимаешь, что я имел в виду, когда сказал, что Англия не потерпит еще одного мальчика-короля? – хмуро спросил Воррик, когда она отвернулась от этого ужасающего зрелища. – Запомни мои слова: это только начало.

Как он был прав! Архиепископ Ротергем и епископ Мортон были приговорены к тюремному заключению. Ричард был против крови священников, особенно после казни лорда Гастингса. Лорд Стейнли – хитрая Лиса – однако, сумел отвертеться, так как доказательства его вины были явно неубедительны. Кроме того, он умело прятал участие в заговоре за юбку своей жены и за свои умело одураченные жертвы. Впрочем, как всегда, он вышел сухим из воды, так как его виновность нельзя было доказать. Джейн Шор публично обвинили в измене и наложили епитимью за распутство, и она босиком в одной сорочке, держа в руке свечу, должна была пойти по улицам города. Лондон был удивлен и взбудоражен таким зрелищем.

Только Томас Грей, маркиз Дорсет избежал наказания. Ему удалось добраться до Бретани, где он присоединился к Гарри Тюдору – Изабелла подумала, что это зловещее предзнаменование.

Вскоре после этого, кардинал Борчер, архиепископ Кентербери, приехал в Вестминстерское Аббатство и потребовал чтобы королева отдала своего младшего последнего Ричарда, герцога Йорка. В последствии мальчика взяли из убежища и поместили в башню Гарден вместе с братом Недом.

Потом Ричард объявил брак короля Эдуарда и Елизаветы Вудвилл (к которой впоследствии обращались как к леди Грей), потерявшим законную силу, потому что в то время он был обручен с леди Элеонор Батлер и объявил всех сыновей Эдуарда незаконнорожденными.

22 июня 1483 года монарх Ральф Шаапф читал проповедь жителям Лондона, читал цитату из Библии: «незаконнорожденные да не пустят корни», имея в виду, видимо, что незаконнорожденные не могут стать основателями рода.

Через четыре дня в замке Бейнард Англия предложила свою корону Ричарду, герцогу Глостеру.

ГЛАВА 32

Лондон. Англия. 1483 год.