Читаем Rotten. Вход воспрещен полностью

Тогда никто не думал про аборт. Когда у меня появилась Ариана, мне пришлось выйти замуж. Мой отец сказал мне, что я должна родителям за воспитание, и мне стоит удочерить или усыновить ребенка.

Поэтому у хороших родителей всегда есть чувство стыда, ответственности, жалости. Sex Pistols смогли изменить общественное понятие о сексе кардинально. Джон и я даже не говорили о выкидыше все последующие годы.

ДЖОН ЛАЙДОН: Я чувствовал ответственность. Но это был следующий шаг. Есть такие сферы, в которые лучше не вмешиваться, потому что это выбор женщины. Даже если бы она сделала аборт, это не должно было быть моим решением. Конечно, если бы ребенок родился, мы бы приняли это как должное. Вы же прекрасно понимаете, что в такой момент пробегает у человека в подсознании: О, Боже, салфетки, кормежка, школа, обязаловка. Но, конечно же, это было веским поводом сблизиться со мной. Вот только недавно моему отцу позвонил какой-то парень и сказал, что ему тридцать два года и он сын Джона Лайдона. Получается, я зачал его в 4 года, да?

НОРА: Джон жил на Кингс Кросс и только что вернулся из Швеции. Мы не видели друг друга очень давно, потому что он был в туре в течение пяти месяцев. Вернувшись из тура, Джонни стал более серьезным. У меня никогда не было друзей с такой большой разницей в возрасте. Джон тоже впервые стал встречаться с женщиной старше себя. Людям в голову не приходило, что я старше Джона на пятнадцать лет. Мои друзья любили в шутку называть меня «Похитителем младенцев». Я думаю, отец Джона был шокирован, когда узнал, насколько я старше. Я никогда не беспокоила Джона, а он не беспокоился о том, что на тот момент думали люди.

Джон помнит, как я ходила в секс-бутик еще тогда, когда он назывался «Слишком быстрый, чтобы жить!»[50] Джон тогда работал за стойкой. Это было в 1975 году, задолго до появления Pistols. Джон думал, что я шумная и бесстыжая бабища, ну и ладно. Я тогда не знала, кем этот парень станет.

ДЖОН ЛАЙДОН: Нора покупала женские тряпки для странных мужчин, в частности для какого-нибудь случайного парня, зашедшего в магазин. Она затаскивала его в примерочную, и там он, умирая от смущения, примерял разные вещи. Нора заставляла его втискиваться в тесные юбки. Затем она отодвигала шторку в примерочной и кричала на весь магазин: «Нет, это слишком!» Посетитель просто не находил себе места. Если бы он хотел что-то купить, он бы просто зашел, выбрал, примерил и молча купил, и никто бы даже не заметил ничего особенного. Но он смущался, находясь в примерочной, а Нора вопила на весь магазин: «Слишком узко! Сейчас все треснет к чертям! Нет, не могу я это вынести!»

Панки тогда даже не знали толком, что такое свастика. В Германии об этом даже нельзя было заикаться. Панки носили свастики без всякой задней мысли, просто чтобы выпендриться. Им сказали, что свастика запрещена и не надо на себя ее напяливать, о чем Сьюзи была не в курсе. Для них свастика символизировала что-то вроде табу, что-то антисоциальное. Они никогда не спрашивали, что конкретно она значила, потому что были слишком наивны. Думаете, Сид знал, что такое свастика и что она обозначает? Сид думал, что это просто признак плохого парня. Ни Сид, ни Сьюзи не подразумевали какого-либо антисемитизма.

НОРА: Отношение Джона к Sex Pistols было следующим: каждый волен делать то, что хочет, и быть таким, каким хочет. Не нужно слишком уж разделять мальчиков и девочек. Девчонкам не нужно было париться о том, что на них косо посмотрят, если они вдруг заявят собственное мнение. До появления панка женщины зачастую держали свое мнение при себе. После появления Sex Pistols все возрастные и половые рамки и ограничения канули в небытие. Все смешалось. Внезапно такие женщины, как Кэролайн Кун, заговорили о сексе. Не помню, чтобы раньше она так откровенничала. Она происходила из высшего класса, была образованна, и ее целью было оправдать и защитить незаслуженно приниженный рабочий класс. У бойфрендов Кэролайн зачастую не было вообще никакого образования, пример – Пол Симонон из The Clash. Она была своеобразным конвертером между нами всеми; и внезапно все стало можно, появилась свобода.

Я была в шоке, когда увидел Сьюзи на «Скрин он Зэ Грин».

Это произошло еще до того, как я и Джон сблизились. Она гуляла по площадке, одетая в подвязки и лифчик, который вываливал наружу ее грудь. Я была в ужасе.