Читаем Ронни. Автобиография (ЛП) полностью

Одно из немногих преимуществ жизни в гостиницах на гастролях — это то, что я могу посмотреть «CSI». Я — его большой фан, и во время «Bigger Bang» было время, когда в моем DVD-плеере не было больше ничего другого. Можете себе представить, как я полюбил его, когда после одного из наших концертов в Лос-Анджелесе я встретился с актерским составом «CSI Майами», «Вегаса» и «Нью-Йорка». Они наняли автобус, и 31 человек из этого фильма приехал на концерт. Я не уставал повторять им, как сильно я их люблю. И они пригласили нас с Джо посетить съемки «CSI Майами». После того, как я потусовался с ними целый день в лаборатории, в морге и на оружейном складе, они представили меня своим авторам. Я рассказал им, какие сюжеты мне понравились, и предложил несколько историй. Именно тогда подошел один из продюсеров и предложил мне сняться в одной из серий. Авторы решили, что я могу сыграть «дядю Рона» — взломщика сейфов — прямо здесь же, когда мы начали «мозговой штурм» по поводу новой истории.

Спустя месяц (или около того) я смотрел новую серию и раскрыл преступление задолго до её героев. Это была история, которая крутилась возле парня, у которого было слишком много ТГК[54] в крови. Я понял, что разгадка преступления — в этих следах от марихуаны, так что я позвонил одному из актеров, который пусть останется неназванным, чтобы похвастать ему о своих детективных способностях: «Привет, это Ронни. Я нашел разгадку. Это ТГК в его кровеносной системе».

Он не понял, о чем я толкую.

Я повторил: «ТГК, мужик. Марихуана».

Он запаниковал: «Ты где? Как ты узнал?»

Он взбеленился. Я объяснил, что говорю о фильме, а «коп» на другом конце провода признался, что подумал, будто я знаю, что он был на вечеринке, где курил косяки.

Ха! Я поймал копа из «CSI».

Нашей первой остановкой в турне «Bigger Bang» был Бостон, где мы сыграли на чтимом по играм команды «Red Sox» их бейсбольном поле «Fenway Park». Оказалось, что это — странное местечко, и я теперь понимаю, почему его не часто используют для концертов. Там установили огромную сцену посреди поля, за несколько сотен метров от сидений, и позволили некоторым фанам встать прямо перед ней, но не разрешили никому вставать за пределами поля. Фаны находились перед нами, а далее был пустой промежуток до самых сидений, из-за чего создавалось впечатление, что мы играем на полупустом стадионе. Мы не знали этого тогда, но как только мы покинули «Fenway», «Red Sox» пожаловались, что тяжелый вес нашей сцены примял все поле. Более 12 гектаров грунта пришлось заменить.

Во время репетиций там пришлось хранить нашу новую сцену в самолетном ангаре, потому что она была слишком большая, чтобы собирать её в другом месте — нам выдался шанс играть в Бостоне впервые. Для нас на ней было достаточно места для передвижений, но на первый раз на самой сцене вместе с нами стояли короба для 250 фанов. Им приходилось задирать голову, потому что сцена получилась очень высокой, и эти короба дали им возможность разделять с нами радость бытия на сцене и позволили им увидеть то, как всё выглядит с нашей позиции, с массой народа впереди. «Bigger Bang» начался.

Теперь на гастролях мы меняем сет-лист в каждом шоу. Многие думают, что мы так поступали всегда, но это впервые начало делаться на «Forty Licks». До него у нас был обычный «чистый» и «выдраенный» сет каждый вечер — иногда с незначительными изменениями. Для «Bigger Bang» мы включали по 4, 5 и 6 других песен каждый вечер.

Чак Ливелл записывал всё, что мы пели в каждом городе, так что он знал дату каждого концерта и каждую песню, которую мы на нем играли. Он советовался с Миком перед каждым шоу и напоминал ему, что мы не можем играть эту песню потому, что мы играли её в этом же городе два раза перед этим. Как только они договаривались, то подходили к нам с готовым сет-листом. Мик использует телесуфлер для того, чтобы все было в лучшем виде. В «Faces», когда я и Род Стюарт писали слова на бумаге, мы ставили их на пюпитры и никогда не прикрепляли их к ним, так что когда случался небольшой бриз, слова улетали со сцены, а мы в конце концов придумывали очень интересные стихи.

Начиная с «Fenway Park» я мог сказать о себе, что я стал играть лучше — да и все мы. Это было очень здорово, и это было очевидно всем, кто видел нас. Лучшая группа в своей лучшей форме.

Когда 40 лет назад американцы разыгрывали свой первый Суперкубок, группа там не играла — в тот вечер «Стоунз» были на шоу Эдда Салливана. Многомиллионная аудитория была так обрадована этим, что трансляция Суперкубка была передвинута, чтобы каждый мог посмотреть и то, и другое. Сейчас Суперкубок смотрят миллиард зрителей, так что для Суперкубка XL[55] мы решили выступить там в Детройте.