Читаем Рональд полностью

Отношения с Флер продолжали развиваться, и она даже хотела чего-то большего, но я ее останавливал. Кроме того, что я все еще не готов, я сам себе пообещал еще раньше, что первой у меня будет Гермиона. Флер была несколько недовольной, но я ее успокаивал, что до шестнадцати лет ни-ни. Так что дальше обжиманий и поцелуев ничего не было. Такая же самая ситуация была и с другими девушками. До моего шестнадцатилетия «здесь» мне рано достигать этой стороны жизни.

Изучать поведение студентов Дурмстранга у меня не было времени, но я видел их подозрительные телодвижения. Они шныряли вокруг, изучая территорию и строя планы. Решив не отпускать это на самотек, я попросил Фреда и Джорджа следовать за ними, надеясь узнать, что замышляют эти «варвары». Никаких новостей не было, кроме того, что они создают карту школы и окружающих местности при этом помечая какие-то точки.

Это озадачивало и заставляло с осторожностью передвигаться по школе, дабы не попасть в какую-то ловушку. Чувствуя опасность, я тоже передал самой Флер быть осторожной. Я даже подарил ей несколько дополнительных артефактов. Мои девчонки-англичанки так же само собой обзавелись увеличенным количеством защитных амулетов. Мне не хочется, чтобы из-за чьей-то глупости они пострадали. Наблюдая за директором, я видел, что он тоже не выглядит особенно довольным или счастливым. Иногда он спрашивал что-то у Каркарова, но тот только хмуро отвечал. Примерно за две недели до самого этапа школу наводнило много знакомых мне людей, которые играли роль прислуги, учителей или экзаменаторов. Это было необычно, так как большинство из этих людей обладали достаточной личной силой, чтобы посоперничать с преподавателями. Более того у них была заметна профессиональная военная выправка. Авроры, это были именно они.

Скажем так, меня это несколько успокоило. Еще интересным было то, что Поттера и Малфоя забрали из Хогвартса и перевели на домашнее обучение. Это было странно и должно было как-то переплетаться с действиями студента Дурмстранга. Но вот как? Я не видел особенных связей, и никак не мог сопоставить эти события. Не хватало каких-то деталей пазла. Но потом я просто откинул эти мысли и начал упиваться собственной паранойей, создавая все более лучшие и лучшие артефакты. Улучшения были небольшими, но они были. Другие француженки не особенно сильно лезли ко мне, так как их всех отпугивала Флер. Наблюдать за этим было забавно.

В день Турнира была особенно громко. Совы сновали туда-сюда, принося и унося письма. Кроме учеников, преподавателей и авроров здесь были также многочисленные гости. Но студентов интересовало не это. У них были экзамены.

— Мистер Уизли, — подошла ко мне профессор Макгонагалл, — все чемпионы собираются в комнате, которая примыкает к Большому Залу. Там будут семьи чемпионов.

— Понял, — ответил ей. Увидев своих, таких родных, Уизли, я точно буду чувствовать уверенность в своих силах. После завтрака я направился туда. Внутри комнаты были все взрослые Уизли, которые уже окончили Хогвартс: родители, Билл, Чарли и Перси. Они с радостью помахали мне рукой и подозвали к себе. Я подошел и пожал руки братьям.

— Вижу, Хогвартс не очень-то и изменился с того времени, как я выпустился, — проговорил Чарли с ухмылкой. Он смотрел на портрет. Одна из дам, которая там была нарисована, задорно ему подмигнула, а потом покраснела. Другие дамы на этом же портрете тут же попытались узнать, из-за чего она так прореагировала.

— Хогвартс не изменим, — согласился отец с Чарли, а потом выдохнул, словно вспоминая свою горячую молодость. То, что она у него была горячей, я уверен. Но историй, понятное дело, я не слышал.

Флер общалась со своей матерью, а также приобнимала Габриэль. Та помахала мне рукой, и я ответил ей. В это же время Аарон общался только со своим отцом. Вот этот мужчина и вызывал у меня испуг. Он так и распространял какую-то зловещую ауру, от которой хотелось спрятаться. Преодолеть ее оказалось довольно просто. Стоило только магии позволить свободно вырывать в пространство, как это давление сходило на нет. Выглядел он потертым волком, с легким безумием в глазах. На лице можно было рассмотреть серебристую сеточку шрамов.

Целый день мы гуляли вокруг школы. Братья с интересом слушали рассказы о школе, о разных приключениях и еще много другом. Им было интересно вновь увидеть школу. Девушек я тоже познакомил со своими родителями, хотя не чувствовал особенной нужды в этом. Молли, понятное дело, приняла всех и начала что-то обо мне рассказывать. Я не слушал, так как хорошо понимал, что это могут быть какие-то глупости. Под вечер, когда все уже ужинали, Дамблдор прервался и сказал:

— Леди и джентльмены, через пять минут я приглашу вас пойти на поле для квиддича, где начнется третье, последнее состязание Турнира Трех Волшебников. А сейчас прошу всех участников проследовать на стадион за мистером Бэгменом.