– Ты больше ничего не хочешь мне сказать, принц?

– Мне нечего больше сказать. В тебе мое спасение, девочка.

– Не называй меня девочкой. Я Ольга, будущая княгиня киевская.

– Спаси меня, Ольга, княгиня киевская, и ты не пожалеешь об этом.

– Я еще не приняла решение, принц. Я должна поговорить с моими воинами.

– Я жду твоего решения. И прошу тебя еще раз – сделай правильный выбор…

IV

Давид был в ярости. Он так громко начал браниться, мешая армянские и русские слова, что Ворш бросился к нему и чуть ли не зажал рот рукой. Давид понял, смолк, но тут же забегал по чертогу, как умалишенный, бешено жестикулируя и хватаясь за рукоять меча. Ворш тем временем приблизился к Ольге.

– Тебе было велено никуда не выходить, – сказал он с упреком в голосе. – Не ведала, поди, где мы и кто тут нам может повстречаться? Зачем пошла к принцу?

– Пошла, потому что хотела пойти. – Ольга сердито топнула ногой. – А ты понимаешь, что тут творится? Хочешь сказать, напрасно я с принцем разговаривала?

– Теперь вижу, что не напрасно. Я догадывался, что дела наши плохи, но не чаял, что настолько. Некрас!

– Чего? – Юноша вздрогнул.

– Поди за дверь, посмотри, нет ли кого в коридоре. Если увидишь что, предупреди стуком. Уяснил?

– Уяснил. – Некрасу очень не хотелось выходить из покоя, где собрались русичи, где чувствовал себя в безопасности. Однако приказ Ворша следовало исполнить. С тяжелым сердцем юноша отправился к выходу.

Между тем Ворш обошел весь покой, внимательно рассматривая стены, мебель, завешанные тяжелыми драпировками окна, выглянул на балкон. Оценил расстояние до земли и мрачно покачал головой.

– Уши в стенах ищешь? Или выход из этого капкана? – осведомился Давид. – Смотри хорошенько. Я так и знал, что этим собакам нельзя доверять!

– Что предлагаешь, Давыд-богатырь?

– Что предлагаю? Бежать надо!

– Мы в главной башне дворца, все выходы из которой охраняются. С балкона не спуститься – высоко, саженей пятнадцать будет. Нас всего восемь человек, из которых две девушки и подросток-смерд. Никому не известно, сколько тут воинов-упырей. Может, сто, может, двести. Даже если пробьемся, без лошадей далеко не уйдем. Нагонят. Если убьют, хорошо. Хуже, если подобными себе сделают.

– Знаю! – Давид смачно выругался, плюнул прямо на роскошный ковер. – Э, зачем я не зарезал этого старого ишака в его собачьем храме! Сейчас бы сердце не так болело.

– Ольга, оберег принца у тебя? – спросил ведун.

– Вот он. – Ольга достала из рукава подарок Вигана. – Принц велел его на шею надеть. Что, делать так, как он сказывал?

– Не могу я тебе ничего сказать, – сказал ведун и загадочно блеснул глазами. – И никто не сможет. Сама должна решать.

– Вот как? – Ольга рассердилась уже всерьез. – Я совета от тебя доброго жду, а ты…

– Выбор за тобой, ясная. Принц его тебе дал, мыслю я, волшебный это амулет.

Ольга дрожащими пальцами раскрыла замок массивной золотой цепочки, на которой висел амулет, попыталась надеть – и никак не могла застегнуть замок. Помогла Ивка, застегнула цепочку. Ольга машинально шагнула к зеркалу, чтобы рассмотреть подарок. И в этот момент с балкона послышался шум, похожий на хлопанье крыльев.

Давид с мечом в руке выскочил на балкон первым – и остолбенел. На парапете сидело удивительное существо. Зверь был величиной с молодого льва. Его белоснежная шерсть отливала серебром под луной, глаза светились яркими звездами. Увидев Давида, существо громко щелкнуло орлиным клювом и расправило огромные птичьи крылья, словно хотело, чтобы армянский богатырь получше его разглядел и убедился, что перед ним друг, а не противник.

– Грифон! – ахнул Давид, опуская меч. – Вай, Аствац, настоящий грифон! Я в «Бестиарии» изображение видел! Клянусь святым Николосом, я думал, это все сказки.

В следующую секунду грифон удивил армянина еще больше – завидев появившуюся на балконе Ольгу, удивительный зверь спрыгнул с парапета, мягко, совсем по-кошачьи, подошел к девушке и потерся своей орлиной головой о ее ноги. И Давиду все стало ясно, почему и ради кого этот красавец сюда явился.

– Мамочка, какой красивый! – восхитилась Ольга, гладя зверя. – Прям серебряный весь.

– Вот тебе и медальон, – сказал подошедший Ворш.

Дружинники выглядывали в дверь балкона, кто-то ахал от изумления, кто-то испуганно плевал за пазуху и делал отгоняющие духов знаки. Однако грифон был не настроен устраивать долгие смотрины. Повернувшись к Ольге спиной, серебряный зверь расправил крылья, обернулся к девушке, приглашающе повел головой и забил по плитам пола длинным львиным хвостом.

– Чего это он? – не поняла Ольга.

– Приглашает прокатиться, – серьезно сказал Ворш.

– Шутишь? – нахмурилась Ольга.

Грифон громко защелкал клювом, закивал головой. Давид Таренаци от изумления закрыл рот рукой.

– Он ждет, – сказал Ворш.

– А вы как же?

– Попроси его вернуться за нами, – улыбнулся ведун. – Тебе он не откажет.