Читаем Романовы полностью

Государю приходилось заниматься негероическими делами: изыскивать резервы, распоряжаться о закупке лошадей для армии, вести нелёгкие переговоры с британским союзником. Английское правительство не верило в то, что Россия выдержит удар «Великой армии», и не спешило оказывать помощь — в октябре 1812 года в Петербург прибыло лишь 50 тысяч старых ружей. Только в 1813 году страна стала получать английские оружие и субсидии на содержание заграничной армии. Из захваченного Смоленска Наполеон отправил к императору пленного генерала П. А. Тучкова с предложением мира, ещё раз сделал подобное предложение, находясь в Москве; но они были отвергнуты, хотя Александра толкали к миру и вдовствующая императрица, и брат Константин, и многие представители высшей бюрократии.

Он был одним из первых европейских монархов, кто понял значение пропаганды как важнейшего элемента политики. В 1812 году российская пресса помимо либеральной фразеологии стала активно использовать освободительную риторику. В 1813 году её остриё оказалось направленным на Германию, а в 1814-м — на Францию. Тогдашний патриотический подъём у немцев во многом был результатом русской публицистики. В 1814 году Александр I сформулировал принцип: союзники ведут борьбу не против Франции, а против Наполеона. В «войне перьев» перевес оказался на стороне Александра I.

В первый день 1813 года русская армия, очистившая территорию страны от неприятеля, перешла границу. Теперь Александр видел свою миссию в освобождении западноевропейских народов и низвержении Наполеона с престола. Он проявил энергию и талант дипломата, создавая новую коалицию против старого врага; в 1813 году она выставила против Наполеона почти миллионную армию. Царь улаживал трения, разрабатывал стратегию союзников и предлагал верные тактические решения; так, несмотря на возражения австрийцев, он настоял на сражении под Лейпцигом в октябре 1813 года, а затем призвал двигаться на Париж. Случались и обескураживавшие союзников поражения, но Александр оставался твёрд. «Я не заключу мира, пока Наполеон остаётся на престоле», — говорил он в феврале 1814-го, и уже в марте союзные войска взяли французскую столицу. Российский император стал вершителем судеб Европы.

«Пожар Москвы осветил мою душу, и суд Божий на ледяных полях наполнил моё сердце теплотою веры, какой я до сих пор не ощущал, — говорил он позднее. — Тогда я познал Бога. Во мне созрела твёрдая решимость посвятить себя и своё царствование Его имени и славе». Император каждый день стал читать Библию «и находить в ней утешение». 29 марта (10 апреля) 1814 года он во главе своих войск молился на пасхальной службе на парижской площади, где был казнён король Людовик XVI. Он отклонил поднесённый ему Государственным советом, Сенатом и Синодом титул «Благословенный», поскольку считал, что его принятие дало бы его подданным «пример, не соответствующий тем чувствам умеренности и духу смирения, которые он стремится им внушить».

С одной стороны, Отечественная война пробудила чувство общности, единения множества людей разных состояний перед лицом нашествия. Общенациональный подъём имел огромное значение для духовной жизни русского общества. С другой стороны, итогом войны были Венский конгресс и реставрация феодальных порядков в Европе, да и в России победа над Наполеоном способствовала укреплению режима. Победители Наполеона заключили в Париже 26 сентября Священный союз ради защиты незыблемости послевоенных границ в Европе и борьбы против революционных выступлений: