Три минуты работы и я вновь потянул на себя створку. На этот раз никаких препятствий не возникло, и я пустил вперед дрона.

Ангар действительно был заставлен хламом. Старые прогнившие ящики, какие-то металлические полосы со следами ржавчины. Но не это было главным, а та картина, что дрон увидел в самом конце подвала.

На полу, аккуратно усаженные в круг, сидели бойцы Радзимира Корибута. Из перерезанных глоток натекло уже немало крови. Однако при этом у трупов был такой вид, словно они просто собрались в кружочек вокруг несуществующего костра. Головы чуть склонены набок, руки поддерживают колени.

Быстрый осмотр не выявил больше никого в помещении. О том, что здесь побывали подчиненные Емельяна Сергеевича, не могло быть и речи. В таком случае они бы не оставили того курильщика на крыше. Спецназ обязан проверять подобные дома снизу доверху.

Войдя в подвал, я достаточно быстро и не скрываясь добрался до пятерых мертвецов. При ближайшем рассмотрении можно было заметить, что лица искажены, но эмоция непонятна — уже после смерти их мышцы изменили свое положение. Возможно, это сделал убийца, пытаясь придать своим жертвам облик улыбающихся идиотов?

В любом случае цистерна стояла на своем месте. Вся система, накрученная сепаратистами поверх упаковки с газом, функционировала. И это тоже служило еще одним доказательством, что сюда заглянул кто-то не из числа сотрудников Царской Службы Безопасности. Опричники бы обязательно вынесли отравляющие вещества или хотя бы дезактивировали взрыватели.

Оставив дронов висеть под потолком подвала, я принялся следовать инструкциям по разминированию цистерны. «Оракул» подсвечивал нужные элементы и выдавал простые комментарии, что с ними делать.

Однако на эту работу я затратил минуты три. Честно говоря, это была первая бомба, которая могла унести такое количество жизней. Будь она обычной пехотной миной, я бы просто усилил покров и активировал ее — здание все равно под снос идет.

Устранив опасность, я прихватил цистерну и, закинув ее за спину, пошел на выход. Весила эта ноша килограммов семьдесят, но с помощью брони для меня оставалась такой же легкой, как перышко.

Теперь следовало поторопиться и доставить цистерну в ближайшее отделение ЦСБ. Там придумают, что с ней нужно сделать.

Однако на выходе из здания меня ждали.

Мужчина в черном плаще смотрел в небо, задрав голову. Его руки были убраны в карманы плаща. Стоило мне показаться в дверном проеме, он повернулся с улыбкой на лице. Греческий профиль, стрижка — он словно сошел с какой-нибудь древнегреческой фрески. На вид ему было около сорока, но при этом чувствовалось, что это лишь внешность. Блеклые, почти ослепшие глаза выдавали совсем иной возраст.

«Оракул» не смог его идентифицировать, и это само по себе, конечно, значило не так много. Доступ к основным базам данных у него сейчас отсутствовал. Однако неизвестный сделал шаг ко мне и поклонился, как старший младшему.

— Вижу, моя помощь пришлась к месту, князь Романов, — произнес он по-русски с едва заметным акцентом.

— Назовите себя, — спокойно ответил я, опуская цистерну с газом и укрывая ее силовым полем максимальной толщины. — Я не в том настроении, чтобы вести вежливые беседы с незнакомцами.

Мужчина улыбнулся.

— Ты можешь именовать меня Хранитель.

Глава 14

Еще один «истинный участник» общества Януса Двуликого. Что ж, радует, что они не стали сидеть без дела при такой угрозе, а направили хотя бы кого-то, чтобы решить проблему. Единственное, что меня в этом смутило — он один.

— Что ж, Хранитель, времени у нас немного, скоро сепаратисты начнут подрывать цистерны, — кивнул я, с помощью дара поднимая свой груз обратно на плечи. — Рад знакомству, но мне нужно доставить эту штуку своим людям. А потом бежать дальше.

Мужчина вновь улыбнулся. Смотрел он при этом на меня так, как смотрят на детей, наивно рассуждающих о сложных вещах, в которых совершенно не разбираются. Наверное, если бы не прошлая моя жизнь, я бы посчитал такое выражение оскорбительным. Впрочем, сами глаза грека, говорившие о его истинном возрасте, позволяли ему снисходительное отношение ко многим — не каждый доживает до таких лет.

— Если вы готовы помогать, я не стану отказываться, — произнес я, приближаясь к собеседнику.

— Этого не потребуется, — качнул головой Хранитель. — Проблема, которую ты решаешь, князь Романов, уже не представляет опасности. Пока ты шел из Львовского княжества, я двигался в обратном направлении. Но если честно, я даже не предполагал, что ты окажешься здесь. Думал, мы встретимся где-то дальше от границы.

Что ж, это приятно — осознавать, что помимо твоей смерти настоящее общество все же заботиться о людях. Те, кого Людвиг называл марионетками, о таких мелочах не переживали — иначе никаких цистерн в руках террористов сейчас бы не имелось. Ведь откуда взялся газ у Радзимира Корибута? Сложно представить, что будущий король Речи Посполитой варил его на кухне, как подпольные наркотические лаборатории.

— Людвиг ведь рассказал тебе об уникальных дарах Хранителей? — спросил грек.

Я кивнул, не видя смысла скрывать.