– Пойдем и мы, славные бояре, вслед за Кручиной, и встанем перед толпой! – громко сказал князь и вышел в простенок – надеть на себя шубу. Вслед за ним выскочили бояре, кто в полушубках, кто в тулупах, а кто и в легких кафтанах…

Тем временем боярин Кручина прошел по спущенному княжеской стражей мосту и приблизился к толпе. Установилась мертвая тишина. Стоявшие на стене стражники видели, как брянский боярин что-то пытался объяснить столпившимся возле Никольской церкви людям, как он махал руками и указывал ими на брянскую крепость, но слов, произносимых им, не слышали. Затем вдруг раздался дикий вопль. Толпа зашевелилась и медленно поползла в сторону брянской крепости. – Они убили нашего славного боярина! – завопили стражники, махая руками.

– Убили моего Кручину?! – пробормотал князь, хватаясь за голову.

– Славные воины! – вскричал княжеский тиун Супоня Борисович – Готовьтесь к жестокой мести!

– Мы отомстим этим злодеям, княже! – поддержал своего двоюродного брата боярин Жирята Михайлович. – И умоем наших врагов жаркой кровью!

– Подождите! – сказал князь и поднял руку. – Я не хочу никчемной вражды и жестокой бойни! Здесь нет лютых врагов, а собрались лишь обманутые простолюдины! Славный Кручина был прав, но к народу должен был идти не он! Это моя судьба, мой жребий!

И он, не глядя на лица своих воинов и бояр, быстро пошел ко рву.

Толпа, озверевшая и обезумевшая от только что совершенного убийства, уже подошла к самой крепости. – Смерть! Смерть колдунам и злобным боярам! Князя! Князя – сюда, на праведный суд!

Князь перешел подъемный мост и приблизился к толпе. – Вот я перед вами, ваш князь! – сказал он своим зычным голосом, глядя прямо в глаза впереди идущим. Мятежники, не ожидая от князя такого смелого поступка, остановились и словно оцепенели. – Разве вы не видите меня, брянские люди?! – вопросил спокойным, полным достоинства голосом князь. – Неужели вы думаете, что я пошлю на вас, обманутых и беззащитных людей, свое сильное войско? Нет! Не для того я пришел в ваш славный город, чтобы нести горе в семьи простых людей! Зачем вы говорите такую чепуху о моем колдовстве? Разве я не хожу каждый день в Божий храм? Разве я не творю молитвы за вас перед Господом? Неужели вам так плохо под моим правлением? И зачем вы ставите мне в упрек дружбу с Москвой? Неужели вы хотите, чтобы здесь объявились московские рати и пленили наш город? И разве плохо защищать от врагов нашу землю не войной, а дружбой с сильным государством?!

– Да, княже, мы видим тебя и верим твоим словам! – крикнул вдруг кто-то из толпы. – Но здесь есть крамольники, которые смущают нас!

– Смерть крамольникам! – заорали в толпе. – Слава нашему князю! Мы видим праведного и благочестивого князя! Это враги обманули нас! Бей же смутьянов и крамольников!

И толпа, только что ругавшая князя и призывавшая к мятежу, резко изменила настроение, набросившись на собственных вожаков. В мгновение ока взметнулись сотни кос, топоров, заостренных кольев – раздались приглушенные вопли – и все было кончено.

– Идите по домам, люди мои! – сказал, восстановив своим резким голосом тишину, брянский князь. – А если узнаете о новой клевете или утратите веру в меня, своего князя, тогда приходите сюда, к моему детинцу, и просите моего справедливого суда!

– Слава князю Роману! – дружно закричали столпившиеся вокруг него люди. – Слава великому воину, могучему Роману Михалычу!

Славу и здравицу брянскому князю кричали теперь все: и чернь, и подошедшие к своему князю бояре, и дружинники, и стражники на воротах. Гул многотысячных людских голосов покатился по всему городу. Огромная толпа, доселе грозная и беспощадная, стала редеть и таять буквально на глазах. К тому времени как сгустились сумерки, и повалил мелкий сухой снег, на площади перед княжеской крепостью остались лишь следы многочисленных ног и два десятка растерзанных окровавленных трупов.

ГЛАВА 23

ГНЕВ ОЛЬГЕРДА ЛИТОВСКОГО

Великий литовский князь Ольгерд обсуждал с братом Кейстутом в своей «тайницкой светлице» последние новости. Он не хотел ни с кем, кроме Кейстута, делиться своими мыслями на происходившие события. Братья дружили с раннего детства, поддерживали друг друга, и всем было известно, что именно благодаря Кейстуту Ольгерд занял великокняжеский «стол». Вот и в это весьма трудное время Ольгерд Гедиминович решил переложить часть своих забот на плечи брата. Князь Кейстут только что вернулся из дальней поездки: осматривал окраины великого княжества Литовского. Ему было что рассказать брату.