– Не перебивайте! – поднял руку Михаил. – Но есть сообщение, так? Значит, эти люди хотят использовать Светлану в корыстных целях. Поэтому Лисовский не дал нам адреса, а намекнул, что нас могут убить. Следовательно, Светлане угрожает не меньшая опасность.

– Что ты предлагаешь? – не выдержал Захар.

– Эти снимки надо отвезти Стрижу и Наговицыну. О, как нахмурился наш Захар. А кто-то мне обещал, что, как только выяснит местонахождение его невесты, сразу поедет к ментам? Или мне послышалось?

– Стриж и так знает адрес, где держат Светлячка, – повесил голову Захар. – Думаешь, Лисовский ему не сказал?

– Даже если не сказал, – вступил Феликс, – адрес выясняется по фамилии, а Светлана к тому же написала район. В одном районе однофамильцев, у которых совпадают имена с отчествами, быть не может, мне так кажется.

– У Стрижа наверняка еще есть ориентиры, о которых мы без понятия, – заметил Михаил. – Захар, на снимках люди весомые, по ним это видно, да и не живут в том районе простые горожане. Там ведут крупную партию, их голыми руками не возьмешь. Поехали к Стрижу.

– Он же засадит нас, – напомнил Захар.

– Не засадит. Давай я один отвезу, пусть меня засадит, вот тогда на арену выйдешь ты и решать будешь один, как поступать.

– Надо хорошенько обдумать…

И то ладно! Хоть не помчался сломя голову освобождать Светлану. Взяв кружку с чаем, Михаил удовлетворенно откинулся на спинку стула, в это время Гоша свое мнение высказал:

– Нельзя тянуть. Неизвестно, что эти гады задумали, их вон сколько, а Светка там одна. Но и самим нельзя туда соваться, я, конечно, не боюсь. Не боюсь, когда у противника нет пушки с пулями. Захар, Мишка правильно советует, надо ехать в ментовку.

На этот раз жених ничего не сказал, он всматривался в фото, нервно потирая подбородок. Он принимал решение, ему не мешали.

19

Вечером ворота открылись, во двор въехали две легковые автомашины, из которых вышли все, кроме Родиона. Светлана встала с кресла и подошла к перилам, встречая Всеволода Федоровича, он помахал ей и довольно бодро взошел по ступенькам.

– Как вы здесь без меня? – был первый дежурный вопрос Всеволода Федоровича. – Лиза, ты не утомилась с моим помощником?

У нее теперь два ответа: утвердительный кивок, значит, да, и отрицательный, значит, нет. Девушка отрицательно кивнула, «отец» обнял ее и чмокнул, а поскольку к ним подошел Эндрю, переключил внимание на него, держа Светлану за плечи.

– Я настоятельно рекомендую вам прогуляться по вечернему городу, – сказал Эндрю. Поскольку Всеволод Федорович непонимающе поднял брови, пришлось упредить дальнейшее появление эмоциональных красок на лице: – Сделайте вид, будто вам это пришло в голову сию секунду, а не я предложил. Скажем, не сразу. Минут через пять. И обязательно возьмите с собой дочь, обязательно.

– Что случилось за время моего отсутствия? – обеспокоенно спросил босс.

– Случилось. Полагаю, вам захочется поужинать в одном из городских ресторанов. Послушайте меня и сделайте, как я говорю.

– Черт возьми, Эндрю, ты говоришь загадками.

Эндрю взялся за перила руками, почти полностью отвернувшись от Всеволода Федоровича, словно диалог с боссом уже закончен, но бросил через плечо небрежным тоном, чтобы их не заподозрили в заговоре:

– Разгадку я вам предоставлю за пределами этого дома. Господин Верховой, вы не умеете держать себя в руках, побудьте немного артистом и соорудите на лице прежнее беззаботное выражение. Я только намекну, а вы уж, будьте любезны, не реагируйте: ваша дочь знает английский. Очень неплохо знает.

Всеволод Федорович невольно заглянул в лицо Светлане, она улыбнулась, хотя и через силу, затем моргнула, давая понять, что Эндрю прав. Иностранец, не оборачиваясь, еще бросил две короткие фразы:

– Это важно, господин Верховой. Для вас.

Рядом с ними очутился Марат, полюбопытствовав:

– Что он говорит, Всеволод Федорович?

– Эндрю? – рассеянно произнес тот, но ему не раз приходилось исполнять роли разного характера – в зависимости от ситуации, когда добивался выгод для себя, общаясь с бизнесменами разного уровня. Он сообразил, что надо ответить любопытному: – Эндрю восторгается местом и домом. Сказал, здесь легко дышится, будто городские улицы, наводненные транспортом, находятся за сотни километров.

– Господа, – подала противный голос Кира Львовна, – ужин подавать?

– Ужин? – задумался Всеволод Федорович. – Да, конечно… Нет, постойте! А не прогуляться ли нам по городу? Идет дождь, но не сильный, улицы сейчас чистейшие, пахнущие свежестью, а не бензином. И красота… Лиза, ты за мое предложение?

Есть еще один способ, третий и последний, выразить мысль: пожать плечами, дескать, не знаю, что и сделала Светлана. Конечно, она была «за» обеими руками, но согласие нельзя давать при псах Роди.

– Виталий! Мы едем показывать Эндрю город! Да и ты его толком не видел, так что сначала покатаемся…

– А ужин? – растерянно пролепетала старая яга.

– Ужин? – задумался на секунду Всеволод Федорович. – Возможно, мы поужинаем в ресторане, а может, приедем и поужинаем здесь. Я еще не решил. Ждите, что решу.

– Я сяду за руль, – вызвался Марат.