Читаем Рокоссовский полностью

2 стрелковый батальон 498 сп 6. IV—44 г. занимал оборону. Его соседи были: справа — 1 сб 498 сп и слева — 1 сб 712 сп. В 16 час. 30 мин. 6. IV противник, после артиллерийской подготовки перешел в наступление на участке первого батальона 498 сп и первого батальона 712 сп. В результате предпринятого наступления оба батальона были сбиты со своих рубежей и в беспорядке стали отступать, что же касается 2-го батальона 498 сп, которым командовал майор Дурнов, то последний прочно удерживал свой рубеж. Все атаки на участке этого батальона были отбиты.

Не имея связи с полком и соседями в течение полутора часов и незнания вследствие этого обстановки, майор Дурнов принял решение направиться лично на КП полка для уточнения обстановки и доклада. Командование батальоном переложил на своего заместителя по строевой части майора Сорокина.

Противник, воспользовавшись отходом первого батальона 498 сп и первого батальона 712 сп, прикрывавших фланги 2-го батальона, по уходе Дурнова, не знавшего обстановки, отрезал батальон от остальных сил полка и дивизии, вследствие чего Дурнов в свой батальон возвратиться не смог.

Начальник дивизионной разведки майор Скворцов в 19.00 по радио доложил командиру дивизии Гавилевскому обстановку, сообщив при этом, что 2-й батальон оказался в окружении, а командир батальона майор Дурнов — в расположении 1-го батальона.

Полковник Гавилевский, не зная обстановки и причины нахождения майора Дурнова в 1 батальоне, приказал по радио майору Скворцову немедленно майора Дурнова за трусость и паникерство расстрелять. Но так как майор Дурнов был на КП командира полка, Скворцов приказание командира дивизии не выполнил, о чем и доложил полковнику Гавилевскому.

Гавилевский передал свое приказание о расстреле майора Дурнова командиру полка Чижевскому.

Командир полка Чижевский не выполнил этого приказа и отправил майора Дурнова в дивизию.

В дивизию майор Дурнов прибыл около 20.00 часов и пытался доложить командиру дивизии Гавилевскому обстановку и просил в ней разобраться. Гавилевский отказался выслушать доклад майора Дурнова и приказал сержанту комендантского взвода Харлову, а также своему адъютанту старшему лейтенанту Телегину майора Дурнова расстрелять. Дурнов был расстрелян.

Перед расстрелом Дурнов просил снять с него ордена. Дурнов был награжден тремя орденами: Красной Звезды, Красного Знамени и Орден Суворова 3 степени. Однако в этом ему было отказано.

Командир дивизии Гавилевский Военным Советом отстранен от должности и предан суду.

2. 3 апреля с. г. командир взвода противотанковых ружей 339 отдельного истребительно-противотанкового дивизиона младший лейтенант Свириденко, будучи на огневых позициях, организовал вместе со своими подчиненными пьянку. Во время выпивки противник обстрелял боевые порядки артогнем.

Младший лейтенант Свириденко приказал ефрейтору Иванову, участвовавшему в этой пьянке, занять огневые позиции. Иванов, будучи пьяным, не в состоянии был выполнить приказ Свириденко. Тогда Свириденко его расстрелял.

Приговором Военного трибунала Свириденко осужден к 8 годам лишения свободы с применением примечания 2 к ст. 28 УК, т. е. с посылкой на фронт в штрафные части.

3. В ночь на 12 апреля с. г. рядовой 2 роты 1-го стрелкового батальона 110 гвардейского стрелкового полка 38 гвардейской дивизии Каджиев был обнаружен спящим на посту. Командир роты лейтенант Кубышко, узнав об этом, вызвал к себе Каджиева и, установив, что Каджиев действительно спал на посту, принял решение расстрелять Каджиева перед строем и тут же свое решение выполнил.

Приговором Военного трибунала Кубышко осужден к 7 годам лишения свободы с применением примечания 2 к ст. 28 УК, т. е. с посылкой на фронт в штрафные части.

4. 3 апреля с. г. старшина хозвзвода 2 батальона 113 гвардейского стрелкового полка 38 гвардейской стрелковой дивизии Демидкин, следуя на передовые позиции, обнаружил на лесной тропинке отдыхающего бойца с перевязанной головой. Демидкин решил проверить, действительно ли этот боец ранен. Когда боец снял с головы повязку, Демидкин установил, что никакого ранения головы нет. Тут же Демидкин этого бойца расстрелял.

Приговором Военного трибунала Демидкин осужден к 8 годам лишения свободы с примечанием ст. 28 УК с направлением в штрафные части на фронт.

5. 15 апреля с. г. связисты 1 стрелкового батальона 1297 стрелкового полка 160 стрелковой дивизии под командованием помкомвзвода связи Козлова работали по проводке телефонной линии. Козлов почувствовал себя больным и ушел на хутор отдыхать, оставив своих подчиненных на работе. На хутор приехал заместитель командира батальона старший лейтенант Татаринцев и, обнаружив Козлова спящим, стал его избивать, а затем выстрелом из пистолета убил Козлова. Татаринцев был пьян.

Татаринцев предан суду Военного трибунала.

6. 8 января с. г. помощник начальника штаба 4 отдельного стрелкового батальона 115 отдельной стрелковой бригады старший лейтенант Смурников получил от начальника штаба бригады майора Шехтера приказание выяснить, почему в 1 стрелковую роту не доставляются боеприпасы. Смурников отправился в тыл батальона и установил, что старшина 1 роты Бочкарев напился пьяным и заснул в блиндаже и что поэтому доставка боеприпасов в роту не организована. Смурников вызвал Бочкарева к себе и из пистолета застрелил его.

Смурников предан суду.

7. Заместитель командира 220 сп 4 сд по политчасти майор Грищенко 1 февраля с. г. двумя выстрелами из пистолета убил старшину хозвзвода 2 батальона 101 сп Банных. Грищенко был пьян. Занимаясь размещением штаба полка, он выгонял несколько раз Банных из одного дома в другой. Когда Банных пришел за своими вещами, Грищенко обругал его и вытолкнул в сени, а затем взял у своего ординарца пистолет и двумя выстрелами убил Банных.

Грищенко осужден.

8. 5 февраля с. г. заместитель командира 2 батальона 471 сп 73 сд старший лейтенант Мойса по приказанию командира батальона старшего лейтенанта Садыкова расстрелял тяжело раненного на поле боя командира 4 роты того же полка лейтенанта Шевченко, который был заподозрен в трусости. Расследованием установлено, что никакой трусости Шевченко не проявил.

Садыков осужден.

9. 6 февраля с. г. командир 307 сд генерал-майор Еншин на своем НП лично расстрелял и. о. начальника артиллерии 1019 сп капитана Баранкова. На Еншина наложено административное взыскание Военным Советом армии.

10. В феврале с. г. и в марте с. г. в 188 отдельной штрафной роте имели три случая незаконного расстрела красноармейцев штрафников командиром роты лейтенантом Каштановым. Были расстреляны три бойца за то, что они отстали от роты в момент марша на исходные позиции.

Каштанов предан суду Военного трибунала.

11. 9 января помощник начальника 1-го отделения штаба 60 Севской стрелковой дивизии майор Демченко расстрелял командира 2 минометной роты 2 стрелкового батальона 1481 сп старшего лейтенанта Куц. Обстоятельства расстрела таковы.

Куц в состоянии сильного опьянения явился к командиру полка майору Штептеву для получения боевой задачи. Вместо того, чтобы отстранить его от командования ротой, ему было приказано отправиться в подразделение для выполнения боевой задачи. Вместо управления огнем минометных батарей, Куц оказался в лесу в тылу боевых порядков своей роты и боем не управлял. В лесу его обнаружил майор Демченко. Связавшись с командиром 60 сд полковником Богоявленским, майор Демченко доложил ему о поведении Куц. Полковник Богоявленский отдал приказание расстрелять Куц. Последний был расстрелян.

12. 21 января с. г. командир 372 сп 218 сд подполковник Рябов расстрелял командира пулеметной роты 2 батальона лейтенанта Митрофанова. Когда подполковник Рябов явился в роту для проверки боевой готовности подразделения, он застал людей, в том числе и Митрофанова, спящими, боевое охранение отсутствовало, пулеметы не охранялись, командиры взводов на местах не оказались. Рябов пытался разбудить Митрофанова, но последний не вставал. Двумя выстрелами в упор Рябов расстрелял Митрофанова (подполковник, кажется, даже не удосужился разбудить свою жертву. — Б. С.).

22 января сам Рябов был тяжело ранен и на самолете эвакуирован в тыл.

Приведенные факты показывают, что самоуправства и самочинные расстрелы приняли распространенный характер. В целях решительной борьбы с этими позорными фактами Военный Совет фронта издал прилагаемую директиву.

Соответственно ориентированы на предупреждение этих преступных случаев политорганы и члены военных советов армий».