Читаем Рокоссовский полностью

«Не достигнув оперативного успеха в боях 5–6 июля, противник 7 и 8 июля, продолжая наступательные действия, вводит в бой из второй линии 2,4 тд и 31, 292 пд и рокирует 18 тд из района Протасово в район Поныри и в течение 8–11 июля предпринимает упорные атаки на участке Поныри, Гнилец, стремясь прорваться в южном и юго-западном направлениях.

Несмотря на то, что противник ввел на фронте 23–25 км пять танковых и до шести пехотных дивизий, все его попытки прорвать нашу оборону оказались безуспешными.

Понеся огромные потери (до 50 % в танках и свыше 50 % в живой силе), к 11.7.1943 г. противнику удалось, оттеснив наши части, продвинуться в глубь нашей обороны на 6–15 км и выйти на рубеж Тросна, Сидоровка, (иск.) Поныри, Березовый Лог, Битюг, Кашара, Самодуровка, Гнилец, Дегтярный, Обыденки, Измайлово.

Будучи в непрерывных и упорных боях измотан нашими войсками и потеряв ударную силу, противник начал закрепляться на достигнутом рубеже, отводя свои подвижные соединения в глубину обороны».

Общий вывод сводился к тому, что «войска Центрального фронта приобрели большой боевой опыт и умение вести упорные оборонительные бои на изматывание и обескровливание противника, сохраняя силы для последующего удара.

Изжита имевшая ранее место танко- и авиабоязнь. Войска умело, мужественно и стойко отражали массированные атаки авиации и танков, в том числе мощных танков „тигр“, сопровождаемых самоходными орудиями „фердинанд“, развеяв тем самым миф о неуязвимости и сокрушительной ударной мощи этих новых средств борьбы».

12 июля, по итогам оборонительного сражения, Рокоссовский издал директиву о взаимодействии пехоты с противотанковой артиллерией, поскольку в отсутствие пехотного прикрытия расчеты противотанковых орудий несли большие потери от автоматчиков противника, располагавшихся на броне танков. Рокоссовский потребовал обеспечить артиллеристам пехотное прикрытие.

В другой директиве, изданной в тот же день, Рокоссовский подвел итоги оборонительного сражения и поставил задачу утром 15 июля перейти в наступление. Однако наступление развивалось медленнее, чем хотелось. Советские войска были изрядно потрепаны в оборонительных боях и наступали в невыгодной для наступления группировке, сложившейся в ходе оборонительной операции.

Тем не менее уже 18 июля, как докладывал Рокоссовский, войска Центрального фронта достигли рубежей, которые они занимали до начала немецкого наступления. Но прорвать вражескую оборону не удавалось. 13-я армия, понесшая наибольшие потери в ходе оборонительных боев, наступала неудачно и к исходу 20 июля вынуждена была перейти к обороне.

21 июля в дневнике ОКБ было отмечено: «Главный удар противник наносит вдоль шоссе Курск — Орел, где ему удалось силами трех танковых корпусов продвинуться на глубину 10 км в направлении Орла». Здесь наступала 2-я танковая армия Центрального фронта.

Вечером 26 июля Ставка передала Рокоссовскому 3-ю гвардейскую танковую армию П. С. Рыбалко. В тот же день Рокоссовский отдал приказ о вводе в прорыв 2-й танковой армии на участке 70-й армии с задачей к исходу 27 июля выйти на рубеж Красная Роща — Гнездилово — Чувардино. 28 июля в прорыв на участке 48-й армии была введена 3-й гвардейская танковая армия. Она должна была вброд форсировать Оку и выйти в район Хмелевая — Себякино — Коровье Болото — Самохвалово — Горки. Однако танковым армиям не удалось развить успех. Понеся большие потери, они лишь медленно выталкивали противника с Орловского выступа. Окружение Орловской группировки немцев не удалось.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

10 гениев бизнеса
10 гениев бизнеса

Люди, о которых вы прочтете в этой книге, по-разному относились к своему богатству. Одни считали приумножение своих активов чрезвычайно важным, другие, наоборот, рассматривали свои, да и чужие деньги лишь как средство для достижения иных целей. Но общим для них является то, что их имена в той или иной степени становились знаковыми. Так, например, имена Альфреда Нобеля и Павла Третьякова – это символы культурных достижений человечества (Нобелевская премия и Третьяковская галерея). Конрад Хилтон и Генри Форд дали свои имена знаменитым торговым маркам – отельной и автомобильной. Биографии именно таких людей-символов, с их особым отношением к деньгам, власти, прибыли и вообще отношением к жизни мы и постарались включить в эту книгу.

А. Ходоренко

Карьера, кадры / Биографии и Мемуары / О бизнесе популярно / Документальное / Финансы и бизнес
100 Великих Феноменов
100 Великих Феноменов

На свете есть немало людей, сильно отличающихся от нас. Чаще всего они обладают даром целительства, реже — предвидения, иногда — теми способностями, объяснить которые наука пока не может, хотя и не отказывается от их изучения. Особая категория людей-феноменов демонстрирует свои сверхъестественные дарования на эстрадных подмостках, цирковых аренах, а теперь и в телемостах, вызывая у публики восторг, восхищение и удивление. Рядовые зрители готовы объявить увиденное волшебством. Отзывы учёных более чем сдержанны — им всё нужно проверить в своих лабораториях.Эта книга повествует о наиболее значительных людях-феноменах, оставивших заметный след в истории сверхъестественного. Тайны их уникальных способностей и возможностей не раскрыты и по сей день.

Николай Николаевич Непомнящий

Биографии и Мемуары