Читаем Рок в Союзе: 60-е, 70-е, 80-е... полностью

На фоне относительной респектабельности наших рокеров или по крайней мере стремления к таковой "Аквариум" выглядел настоящей бандой бунтовщиков. Когда Борис начал играть на гитаре стойкой от микрофона, а затем лег на сцене, держа обалдевший о такого обращения одолженный "Телекастер" на животе и бряцая по струнам, жюри в полном составе встало и демонстративно покинуло зал, как бы говоря: "Мы не несем никакой ответственности за выступление этих хулиганов". Концерт между тем продолжался. Виолончелист Сева водрузил на лежащего лидера виолончель и начал перепиливать всю конструкцию смычком, фаготист, бегая вокруг со своим зловещим инструментом, имитировал расстрел всего этого безобразия… Такого Грузия еще не видела; половина зала неистово аплодировала, половина — возмущенно свистела.

Но это были еще цветочки по сравнению с тем, что творилось в кулуарах. Бардак на сцене почему-то был расценен руководителями филармонии как демонстрация "гомосексуализма". "Зачем ты привез сюда этих голубых?!" — спрашивал удрученный Гайоз. Претензия была сногсшибательно неожиданной. "Почему голубые? Они нормальные ребята. Это у них такое шоу, эксцентрика…". — "Нормальные? Один ложится на сцену, второй на него, третий тоже пристраивается. Дегенераты, а не музыканты!" Следующим пунктом обвинения была песня "Марина". Там были слова:

Последняя строчка показалась Гребенщикову слишком смелой, и он вместо "финна" пропел: "выйти замуж за Ино". Жюри, естественно, не знало, кто такой Брайан Ино[37], и им послышалось: "выйти замуж за сына" — что также, естественно, было воспринято как пропаганда половых извращений. Поначалу организаторы хотели немедленно выслать "Аквариум" с фестиваля, но после долгих Бориных и моих "разъяснений" смягчились, и группа даже сыграла второй концерт в большом и холодном цирке города Гори, в сотне метров от места рождения И. В. Сталина. Этот концерт был заснят съемочной группой финского телевидения (опять финны!) и частично вошел в их сорокаминутный фильм о тбилисском фестивале (в фильме под названием "Советский рок" были также представлены "Машина времени", "Магнетик Бэнд", "Автограф" и таджикский джаз-рок "Гунеш").

"Аквариум" в Тбилиси

Фото из архива А. Троицкого

Настоящие проблемы начались у "Аквариума" уже после возвращения в Ленинград. Конкуренты из местной рок-мафии (некто Дрызлов) поспешили донести городскому культурному руководству подробности тбилисской эпопеи, изрядно ее приукрасив и "устрашив", после чего группа лишилась места для репетиций, а Гребенщиков — должности лаборанта и членства в ВЛКСМ. "До этого я жил как-то раздвоенно, — с неожиданной благодарностью вспоминал потом Борис, — с одной стороны, был "Аквариум", а с другой — некая конформистская норма — работа, карьера, комсомол. После Тбилиси этой "нормальной" стези меня лишили, но я вовсе не почувствовал себя униженным. Наоборот — свободным наконец-то. Началась настоящая жизнь…". Легенда пошла в рост.

Надо сказать, что в аутсайдерах в Тбилиси оказались не только представители "новой волны", но и ансамбли прямо противоположного крыла — уважаемые и консервативные ВИА. "ВИА-75", "Ариэль" и Группа Стаса Намина (бывшие "Цветы") прибыли на фестиваль, чтобы спокойно победить и собрать урожай всеобщего обожания. Вместо этого они были холодно приняты публикой и, что оказалось для мэтров полной неожиданностью, отнюдь не привели в восторг жюри. Оглашение результатов конкурса стало для них настоящим шоком. Во время концерта лауреатов Стас Намин, обычно очень "видный" и самоуверенный, скромно стоял сбоку и из-за кулис сосредоточенно наблюдал, как играют "Автограф" и все остальные… Он понимал — перед ним "модель этого года"[38].

"Автограф"

Итак, здоровый рок-центризм праздновал триумф. Вчерашний истэблишмент оказался в "динозаврах", а вчерашние "подпольщики" — в лидерах. Это считается главным результатом "Тбилиси—80". Разумеется, не будь фестиваля, произошло бы то же самое, но несколько позже и не в столь блестящей драматической наглядности. Газеты и радио раструбили по всей стране весть о "новых" дарованиях, представляющих "перспективные направления" в "молодежной эстрадной песне". Конечно, фанфары чуть-чуть запоздали, но это не делало их менее заслуженными. Началась первая эра расцвета рока на официальных основаниях.