Читаем Рок-цыпочка полностью

Дюк сделал шесть больших плакатов с объявлением, что «Фортнум» закрыт, и приклеил их на все широкие окна. Трудно работать с полицейской лентой, натянутой поперек входной двери.

Слава Богу, у меня не было ипотеки.

Впереди меня ждал скучный день и никакого телохранителя, чтобы следить за каждым моим шагом.

Как странно.

Я отправилась к Тексу сообщить последние новости и помочь с кошками. Прошлой ночью его заново заштопали и отпустили. Я не была уверена, какой будет его реакция на кончину Рика, и предполагала ликование, но ошиблась.

— Мы живем, мы умираем, — сказал он.

Философски.

Накормив кошек, почистив лотки, поиграв лазерными указками, я пошла к Кумару, чтобы запастись продуктами на вечер и посплетничать. Его там не было, но я поболтала с миссис Кумар, которая стояла за прилавком, а миссис Салим неподвижно сидела на табурете позади нее. Я подумала, но не сказала, что торговля могла бы вестись лучше, если бы не казалось, будто за кассой сидит мумия. Потом я забеспокоилась, не поразит ли меня Бог молнией за такую мысль.

Забрав у миссис Кумар сдачу, я направилась к Элли.

Она приготовила мне кофе и дала еще ибупрофена.

— Я знаю о мертвяке. Папа позвонил маме, мама позвонила мне. Ты в порядке? — спросила она.

— Начинаю от этого уставать.

— Держу пари.

— Чем займешься сегодня? — поинтересовалась я.

— Затаюсь, у меня сегодня смена.

Элли теперь работала в баре «У Брата» на Платт Ривер. Заведение было достаточно старым, чтобы деревянные столы и стены выглядели обшарпанными и потертыми, но в этом баре подавали лучшую еду в Денвере, здесь, после выступлений, зависали работники филармонии и выпивали по кружечки отличного Гиннесса.

— Я уж было подумала, что тебя уволили, — поделилась я.

— Нет, в ночь твоего похищения у меня была смена, но, по-видимому, прогул по причине, что мою лучшую подругу держат в заложниках — нормально.

— Приятно знать.

Она предложила сделать мне маникюр и педикюр, и я согласилась. Я отплатила ей, помыв и уложив волосы. Если бы я не унаследовала «Фортнум», то поступила бы в школу красоты. С подросткового возраста я всегда делала классные прически. Навести Элли марафет — простая задача, ее волосы были мягкими и густыми, достаточно волнистыми, они никогда не выглядели плохо.

— Как дела с Ли? — попыталась она перекричать шум фена, когда я укладывала ей волосы круглой расческой.

— Я ужасно психую, — крикнула я в ответ.

— Я почувствовала.

Я выключила фен и посмотрела на нее.

— Он хорош в этом деле.

— В каком?

— В отношениях. Для него это так естественно. И странное чувство, что между нами все по-новому, но в то же время все по-прежнему. В голове не укладывается.

— Он никакой в отношениях. Он хорош только потому, что это ты.

— О чем ты?

— Ты тоже в них никакая, но только потому, что это никогда не был он.

Ого, Элли оседлала волну «вы-двое-предназначены-друг-другу».

Я снова включила фен, закрывая тему.

Навестив Элли, я отправилась домой, прибралась, просмотрела почту и полила газон и цветы. Сторону Тода и Стиви тоже. Затем я подошла к их входной двери и постучала.

Открыл Стиви, затем посмотрел мне за спину, ожидая увидеть снайпера.

— Я полила ваши цветы, — проинформировала я его.

— Любезно с твоей стороны.

— И я сожалею о прошлом вечере.

— Не уверен, что прощаю тебя, хотя Тод говорит, ты бросилась на него, чтобы защитить от пуль, так что, думаю, я не настолько зол. Тод в восторге. Говорит, это напомнило ему о доме.

— Судя по словам Тода, не думаю, что мне захочется съездить в Техас.

Стиви ничего не сказал.

— Ну, Тоду легко быть в восторге, его защищала пенорезина в фут толщиной.

Мы оба знали, что пули пробьют резину Тода.

Я знала, что Стиви злится, но продолжала болтать, ничего не могла с собой поделать.

— Этим утром к входной двери «Фортнума» подкинули мертвое тело парня, который все это начал.

Глаза Стиви расширились.

Ладно, теперь шок от всего происходящего добрался и до меня. Не говоря уже о том, что Стиви злился, а мне не нравилось, когда люди, которые были мне небезразличны, злились на меня. Это была не моя вина, хотя я и считала обратное. На глаза навернулись слезы.

— Поговорим позже, — сказала я.

— Девочка, ты в полном беспорядке, иди сюда.

Он затащил меня внутрь, дал выпить и усадил на диван. И я выложила ему все, включая и тот факт, что, хотя мы с Ли каждый раз приближались к цели, до сих пор еще не сделали этого.

Стиви слушал, время от времени обнимал меня, давал салфетки, чтобы утереть слезы, и не осуждал. Затем отвел меня домой, принялся рыться среди вешалок в моей гардеробной, открывал и закрывал коробки с обувью, пока не нашел то, что искал, все время говоря о Своем Плане.

Пока Стиви провожал меня до «Кроссфайера», то рассказал, что Тод был в международном аэропорту Денвера, у него был рейс и он не вернется еще несколько дней. Рейс Стиви вылетал следующим утром, поэтому в их с Тодом отсутствие он попросил меня присмотреть за Чаулиной.

— Если мне придется отвезти ее к Ли, это будет проблемой? — спросила я.

— Просто напиши нам записку.