Квинтэссенцией Вудстока стало выступление Джими Хендрикса. Если Эрика Клэптона за его мастерские кульбиты с гитарой на сцене называли Богом, то Хендрикс – это уже нечто из разряда официальной мифологии рока. Неуловимо-молниеносные движения не дают прийти в себя: стремительные переборы аккордов, игра одной рукой, локтями и языком, извлечение самых невероятных звуков, и все это с невозмутимым видом – буквально «игра левой пяткой» – все это подвело жирную черту под фестивалем, который теперь уже просто обязан был стать знаковым для «детей цветов». Фестивалем, который, собственно, обозначил границу десятилетий и символ новой эпохи – эпохи музыки, любви и мира. Насколько долго эта эпоха продлилась – судить вам, дорогие читатели.

И дело, наверное, было даже не в количестве приглашенных звезд и не в выкуренной «травке», – дело было в атмосфере, в ауре тех трех дней, в которых смогла уместиться вечность. Ведь фестивалей было огромное множество, а в памяти поколений особое место занял именно он – Вудсток. Видимо, что-то было в этом месте… В огромном живом море людей, радующихся всеми фибрами души, при взгляде на которое даже суровые коммерческие сердца организаторов фестиваля подобрели настолько, что… праздник стал полностью бесплатным. Возможно ли такое в современную эпоху тотального мерчендайзинга и супервайзинга??!

И будет ли у нас свой, родной, аналог Вудстока, и новая, СВОЯ эпоха?

И как долго эта эпоха продлится – зависит только от нас.

Боб Дилан:

рок-менестрель в широкополой шляпе

Боб Дилан по-прежнему представляет собой одну из самых загадочных и влиятельных фигур в современном роке, оказавших влияние практически на всех серьезных рок-музыкантов, и можно сказать, что он, наряду с очень небольшим количеством других выдающихся персон, был одним из создателей рок-музыки.

Внук еврейских иммигрантов из России (!), Боб Дилан (урожденный Роберт Ален Циммерман) родился 24 мая 1941 года в США. С самой юности Боб, как и подавляющее число его сверстников, пережил увлечение зарождавшимся тогда рок-н-роллом, но, поступив в университет штата Миннеаполис, стал страстным приверженцем фолк-рока, и вместо Элвиса Пресли выбрал в кумиры популярного фолк-сингера Вуди Гатри (Woody Guthrie).

Увлечение музыкой было настолько сильным, что Боб практически забросил учебу и полностью посвятил себя своему пристрастию, довольно быстро приобретя определенную известность. Вскоре молодой Роберт стал часто выступать в богемных фолк-клубах, взяв себе псевдоним Боб Дилан (в честь своего любимого поэта Дилана Томаса). Хотя некоторые исследователи его творчества утверждают, что выбор псевдонима диктовался стремлением Роберта Циммермана скрыть свое еврейское происхождение, «слиться с толпой» американцев, для которых музыка рок-н-ролла была родной.

В 1959 году Дилан бросил университет, и с этого времени из мира музыки на бренную землю уже не возвращался. Парень имел очень сомнительные вокальные способности, у него не было ни малейшего представления о постановке дыхания, да и вообще он страдал слегка искаженной дикцией (что можно услышать и поныне).

Однако несмотря на все это, его весьма тепло приняли американские монстры звукозаписи, и первые два альбома Дилана имели хоть и скромный, но для начинающего певца очень солидный успех. Песни «Blowin’ In The Wind» и «Hard Rain’s A-Gonna Fall» с первого альбома Дилана «The Freewheelin’ Bob Dylan» (1963) до сих пор являются гимном того поколения (если помните, в эпохальной американской кино-саге «Форест Гамп» звучат именно эти песни Дилана как «марка» эпохи).

Второй альбом «Times They Are A-Changin’” среди прочего подарил миру одноименную песню, служащую визиткой певца до сих пор.

Песни Боба Дилана, помимо философских размышлений и метафор, проникнуты трогательным мелодизмом, особенно ранние вещи со скромным музыкальным сопровождением (акустическая гитара и губная гармошка), но он был и остается прежде всего поэтом. Не чураясь в текстах песен политических мотивов, на протяжении долгого музыкального пути Дилан наполнял стихи философскими рассуждениями о смысле бытия, поисками подходящей религиозной идеологии (хотя сознание рокера по определению отвергает любую идеологию, с чем и были связаны многочисленные метания Боба из иудаизма в христианство и обратно).

Иногда он пел и простые любовные песни, которые, правда, в его устах опять же становились гимнами и манифестами, – в данном случае – манифестами любви (как, например, The Wedding Song):