Читаем Род Рагху полностью

Месяц ашадха (соответствующий июню-июлю европейского календаря) непосредственно предшествует сезону дождей, когда после иссушающего летнего зноя обновляется и буйно расцветает природа Индии. В этот сезон становится невозможным всякое передвижение по дорогам страны; все живое ищет укрытия до начала дождей; прекращается на время всякая деятельность под открытым небом. Люди, по каким-либо причинам оказавшиеся на исходе лета вдали от своей семьи, торопятся вернуться к домашнему очагу, пока их не застигли дожди. Очевидно, в связи с этим в индийской лирике время дождей ассоциируется с темой разлуки. Эта тема воплощается часто в описании переживаний верной жены, терпеливо дожидающейся возвращения супруга из военного похода, — на этом мотиве строится, в частности, один из распространенных жанров древнетамильской лирической поэзии — муллей[56]; или же, как у Калидасы, в центре оказывается образ героя, томящегося в разлуке с любимой. Истоки этих лирических жанров лежат в народной поэзии. Что касается поэмы Калидасы, некоторые исследователи как на один из источников, ее вдохновивших, указывают на «Рамаяну» Вальмики[57]. Переживания Рамы, страдающего в разлуке с Ситой, действительно занимают значительное место в поэме Вальмики; и Калидаса в первой же строфе своей поэмы вводит эти ассоциации, помещая героя в той местности, которая связана с именем Рамы, близ вод, освященных омовениями дочери Джанаки (т. е. Ситы). Однако ситуация в «Облаке-вестнике» совершенно другая, нежели в «Рамаяне».

Исследователи, усматривающие происхождение идеи «Облака-вестника» в «Рамаяне», указывают на эпизод полета Ханумана, сына Ветра, с вестью от Рамы к Сите (в пятой книге эпоса). Первым высказал предположение о влиянии этого эпизода на замысел поэмы авторитетнейший из ее средневековых комментаторов Маллинатха[58]. И сам Калидаса далее в тексте поэмы упоминает о полете Ханумана и сравнивает с ним облако-вестник. Но сходство здесь во всех отношениях слишком отдаленное, и есть основания полагать, что другие образцы послужили для Калидасы более непосредственными источниками вдохновения — и более всего таким источником могла быть народная поэзия, где и родилась, по-видимому, тема облака-вестника.

Основное содержание поэмы составляет замечательное описание стран и городов, лесов, полей, озер и рек, равнин и гор, над которыми пролетит облако на своем пути в Алаку, чудесный город якшей в северных горах, где живет возлюбленная героя. Это описание, как мы уже отмечали, перекликается с другим, в тринадцатой песни «Рода Рагху», где рассказывается о полете воздушной колесницы Рамы от острова Ланки до Айодхьи. Маршрут полета в «Роде Рагху» и в «Облаке-вестнике» разный; и мы уже упоминали, что в первом из названных произведений описывается в основном Южная Индия, во втором - северные области страны. Но оба описания объединяют мотивы разлуки (хотя в «Роде Рагху» она в прошлом, в воспоминаниях) и, что еще более примечательно, общий прием повествования от первого лица, который придает как тринадцатой песни «Рода Рагху», так и поэме «Облако-вестник» в целом драматический характер[59]. (Что касается самого описания, различие также в том, что в первой поэме оно в настоящем времени, во второй — в будущем).

Вся поэма представляет собой обращение влюбленного к облаку. Описание пути, который предстоит пролететь облаку, поэт влагает в уста лирического героя. Вследствие этого все картины и образы поэмы, преломленные через внутренний мир тоскующего влюбленного, пронизываются единым настроением, и в лирических описаниях областей и стран, отделяющих его от супруги, «раскрываются стремления, надежды, отчаяние, радость, печаль его смятенного сердца»[60]

Прекрасные картины природы ярко освещаются живым и страстным чувством, строфы поэмы звучат грустной и глубоко проникающей в душу мелодией.

Но эта грусть светла, она лишена безнадежности. Герой верит в грядущее соединение свое с возлюбленной. В «Облаке-вестнике», как и в других произведениях Калидасы, ярко проявляют себя жизнеутверждающее и светлое мировоззрение поэта, его любовное и радостное восхищение красотой природы, его восторженное преклонение перед человеческой красотой.

Природа Индии предстает в поэме во всем своем великолепии, в ее живом многообразии, в необычайном, сказочном богатстве ее непрестанно меняющихся красок. Герой видит, как облако-вестник пролетает над полем, благоухающим после пахоты, над лесными пожарищами, над горными склонами, покрытыми рдеющими рощами манго, над цветущими зарослями речных берегов, над ясными и спокойными или бурно волнующимися водами рек, над садами, ограды которых белеют распустившимися цветами кетака (пандана), над рощами джамбу (розовых яблонь), темнеющих созревшими плодами, над озером с золотыми лотосами, над снежными вершинами и скалами.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники культуры Востока

Дневник эфемерной жизни (с иллюстрациями)
Дневник эфемерной жизни (с иллюстрациями)

Настоящее издание представляет собой первый русский перевод одного из старейших памятников старояпонской литературы. «Дневник эфемерной жизни» был создан на заре японской художественной прозы. Он описывает события личной жизни, чувства и размышления знатной японки XI века, известной под именем Митицуна-но хаха (Мать Митицуна). Двадцать один год ее жизни — с 954 по 974 г. — проходит перед глазами читателя. Любовь к мужу и ревность к соперницам, светские развлечения и тоскливое одиночество, подрастающий сын и забота о его будущности — эти и подобные им темы не теряют своей актуальности во все времена. Особенную прелесть повествованию придают описания японской природы и традиционные стихи.В оформлении книги использованы элементы традиционных японских гравюр.Перевод с японского, предисловие и комментарии В. Н. Горегляда

Митицуна-но хаха

Древневосточная литература / Древние книги
Дневник эфемерной жизни
Дневник эфемерной жизни

Настоящее издание представляет собой первый русский перевод одного из старейших памятников старояпонской литературы. «Дневник эфемерной жизни» был создан на заре японской художественной прозы. Он описывает события личной жизни, чувства и размышления знатной японки XI века, известной под именем Митицуна-но хаха (Мать Митицуна). Двадцать один год ее жизни — с 954 по 974 г. — проходит перед глазами читателя. Любовь к мужу и ревность к соперницам, светские развлечения и тоскливое одиночество, подрастающий сын и забота о его будущности — эти и подобные им темы не теряют своей актуальности во все времена. Особенную прелесть повествованию придают описания японской природы и традиционные стихи.Перевод с японского, предисловие и комментарии В. Н. Горегляда

Митицуна-но хаха

Древневосточная литература
Простонародные рассказы, изданные в столице
Простонародные рассказы, изданные в столице

Сборник «Простонародные рассказы, изданные в столице» включает в себя семь рассказов эпохи Сун (X—XIII вв.) — семь непревзойденных образцов устного народного творчества. Тематика рассказов разнообразна: в них поднимаются проблемы любви и морали, повседневного быта и государственного управления. В рассказах ярко воспроизводится этнография жизни китайского города сунской эпохи. Некоторые рассказы насыщены элементами фантастики. Своеобразна и композиция рассказов, связанная с манерой устного исполнения.Настоящее издание включает в себя первый полный перевод на русский язык сборника «Простонародные рассказы, изданные в столице», предисловие и подробные примечания (как фактические, так и текстологические).

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература

Похожие книги

История Золотой империи
История Золотой империи

В книге впервые публикуется русский перевод маньчжурского варианта «Аньчунь Гурунь» — «История Золотой империи» (1115–1234) — одного из шедевров золотого фонда востоковедов России. «Анчунь Гурунь» — результат многолетней работы специальной комиссии при дворе монгольской династии Юань. Составление исторических хроник было закончено в годы правления последнего монгольского императора Тогон-Темура (июль 1639 г.), а изданы они, в согласии с указом императора, в мае 1644 г. Русский перевод «История Золотой империи» был выполнен Г. М. Розовым, сопроводившим маньчжурский текст своими примечаниями и извлечениями из китайских хроник. Публикация фундаментального источника по средневековой истории Дальнего Востока снабжена обширными комментариями, жизнеописанием выдающегося русского востоковеда Г. М. Розова и очерком по истории чжурчжэней до образования Золотой империи.Книга предназначена для историков, археологов, этнографов и всех, кто интересуется средневековой историей Сибири и Дальнего Востока.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Висрамиани
Висрамиани

«Висрамиани» имеет свою многовековую историю. Тема волнующей любви Вис и Рамина нашла свое выражение в литературах Востока, особенно в персидской поэзии, а затем стала источником грузинского романа в прозе «Висрамиани», написанного выдающимся поэтом Грузии Саргисом Тмогвели (конец XII века). Язык романа оригинален и классически совершенен.Популярность романтической истории Вис и Рамина все более усиливалась на протяжении веков. Их имена упоминались знаменитыми грузинскими одописцами XII века Шавтели и Чахрухадзе. Вис и Рамин дважды упоминаются в «Картлис цховреба» («Летопись Грузии»); Шота Руставели трижды ссылается на них в своей гениальной поэме.Любовь понимается автором, как всепоглощающая страсть. «Кто не влюблен, — провозглашает он, — тот не человек». Силой художественного слова автор старается воздействовать на читателя, вызвать сочувствие к жертвам всепоглощающей любви. Автор считает безнравственным, противоестественным поступок старого царя Моабада, женившегося на молодой Вис и омрачившего ее жизнь. Страстная любовь Вис к красавцу Рамину является естественным следствием ее глубокой ненависти к старику Моабаду, ее протеста против брака с ним. Такова концепция произведения.Увлечение этим романом в Грузии характерно не только для средневековья. Несмотря на гибель рукописей «Висрамиани» в эпоху монгольского нашествия, все же до нас дошли в целости и сохранности списки XVII и XVIII веков, ведущие свое происхождение от ранних рукописей «Висрамиани». Они хранятся в Институте рукописей Академии наук Грузинской ССР.В результате разыскания и восстановления списков имена Вис и Рамин снова ожили.Настоящий перевод сделан С. Иорданишвили с грузинского академического издания «Висрамиани», выпущенного в 1938 году и явившегося итогом большой работы грузинских ученых по критическому изучению и установлению по рукописям XVII–XVIII веков канонического текста. Этот перевод впервые был издан нашим издательством в 1949 году под редакцией академика Академии наук Грузинской ССР К. Кекелидзе и воспроизводится без изменений. Вместе с тем издательство намечает выпуск академического издания «Висрамиани», снабженного научным комментарием.

Саргис Тмогвели

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги