Читаем Робин Гуд полностью

— Дорогой Джон, — возразил Робин, — что-то в этом парне меня притягивает. Дайте-ка я разберусь с ним по-своему. Я уже давно не бился, и клянусь Матерью Божьей, своей доброй заступницей, что если бы я слушался ваших разумных советов, то никогда бы ни с кем ни одним тумаком не обменялся. Берегись, друг Джон, — с улыбкой добавил Робин, — как бы однажды из-за отсутствия противника я бы на тебя не кинулся, причем просто для того, чтобы поупражнять себе руку; так что тебе все равно придется стать жертвой собственной доброжелательности и великодушия. Иди, догоняй Уилла, а ко мне возвращайся, когда мой рог протрубит победу.

— Ваша воля для меня закон, Робин Гуд, — сердито ответил Джон, — и я обязан ей повиноваться, пусть и нехотя.

Мы оставим Робина продолжать путь навстречу незнакомцу, а сами последуем за Маленьким Джоном: покорный воле атамана, он поспешил, чтобы догнать Уилла и двух его спутников, отправившихся по дороге на Мансфилд.

Метрах в трехстах от того места, где он оставил Робина с йоменом, Джон наткнулся на Красного Уилла и его двух спутников, дравшихся со всей силой своих мускулов с дюжиной солдат. Джон издал воинственный клич и одним прыжком очутился рядом с друзьями. Но тут опасность, и без того трудно преодолимая, увеличилась еще больше: лязг оружия и конский топот привлекли внимание молодого человека к концу дороги.

Там, в тени, отбрасываемой деревьями, появился отряд солдат, впереди которого гарцевала лошадь в богатой сбруе. На лошади, держа копье наперевес, с надменным видом восседал шериф Ноттингема.

Джон кинулся им навстречу, натянул лук и прицелился в барона. Но он действовал с такой поспешностью и горячностью, что слишком сильно натянутый лук лопнул в его руках, как будто он был из стекла.

Джон выбранил ни к чем не повинную стрелу и схватил другой лук: его только что натягивал разбойник, тяжело раненный солдатами, которые сражались с Уильямом.

Барон понял смысл движения и намерения лучника; пригнувшись, он почти слился со спиной лошади, и стрела, предназначенная ему, сбила на землю человека, ехавшего позади него.

Это падение ожесточило весь отряд, и солдаты, твердо решив одержать победу и видя, что они превосходят противника числом, пришпорили лошадей и бросились вперед.

Из двух товарищей Уильяма один уже погиб, а другой еще сражался, но было понятно, что он вот-вот упадет. Джон понял, какая опасность угрожает его двоюродному брату. Он бросился к сражающимся, вырвал Уилла из рук врагов и приказал ему бежать.

— Никогда, — гордо ответил Уилл.

— Бога ради, Уилл, — говорил Джон, продолжая отбиваться от нападающих, — ступай за Робином и приведи лесных братьев! Увы! Сегодня по зеленой траве потекут красные ручьи: Небо предупреждало нас песней дрозда.

Уильям уступил мольбам двоюродного брата, да и было понятно, как это важно, при виде числа солдат, начавших заполнять поляну. Он нанес ужасный удар человеку, который пытался преградить ему путь, и исчез в чаще.

Маленький Джон сражался как лев, но бороться с таким количеством врагов в одиночку было чистым безумием. Джон был побежден; солдаты связали ему руки и ноги и прислонили к дереву.

Тут появился барон, и это решило участь нашего бедного друга.

Привлеченный громкими криками, лорд Фиц-Олвин поспешил подъехать.

Увидев пленника, он свирепо улыбнулся, дав выход давно накопившейся ненависти.

— А-а! — сказал он, с неописуемым счастьем вкушая радость победы. — Наконец-то ты в моих руках, здоровенная лесная жердь! Я заставлю тебя дорого заплатить за твою наглость, прежде чем отправлю на тот свет.

— Честью клянусь, — спокойно ответил Джон, яростно кусая при этом свою нижнюю губу, — какие бы пытки вам ни вздумалось ко мне применить, они не смогут заставить вас забыть, что я держал вашу жизнь в своих руках, и, если еще у вас есть власть мучить саксов, так это из-за моей доброты. А теперь берегитесь! Сейчас явится Робин Гуд, и его вам не так легко будет победить, как меня.

— Робин Гуд! — с насмешкой ответил барон. — Скоро пробьет и его последний час. Я дал приказ отрезать ему голову, а тело оставить в пишу здешним волкам. Солдаты, — обратился он к двум своим верным слугам, — послушные исполнители моих приказов, привяжите этого негодяя на спину лошади, а мы, не слишком удаляясь от этого места, подождем возвращения сэра Гая. Скорее всего он принесет нам голову этого презренного Робин Гуда.

Солдаты спешились, но были готовы снова сесть на коней, а барон удобно устроился на поросшей травой кочке и стал терпеливо ждать звуков рога сэра Гая.

Оставим его светлость отдыхать от треволнений дня и посмотрим, что произошло между Робин Гудом и человеком, покрытым лошадиной шкурой.

— Доброе утро, сударь, — сказал Робин Гуд, подходя к незнакомцу. — Судя по прекрасному оружию, которое вы держите в руках, вы неплохой лучник.

— Я потерял дорогу, — промолвил путник, ничего не ответив на вопрос, который заключался в этом замечании, — и боюсь, что совсем заблужусь среди этих развилок, полян и троп.