Читаем Риверсайд Драйв полностью

Ховард. Говоря еще короче, она родила младенца четыре кило весом, довольно симпатичного, судя по тому, что он был вылитый Рейган, хотя, как ты знаешь, новорожденные вообще похожи на старичков. Сморщенные такие… Поначалу я к нему привязался, но не дай бог она бы его оставила. Кэрол настаивала, чтобы отдать его на усыновление.

Филлис. И ты, как интеллигентный человек, не стал мешать.

Ховард. Я помню все до мелочей. В тот день, когда мы его отдали, я подумал: а не взять ли мне полиэтиленовый пакетик и не натянуть ли себе на голову — то-то была бы радость.

Филлис. Вы чудесная парочка, друзья мои. Если бы Киноакадемия вручала специальный приз ублюдку года, я обязательно голосовала бы за вас. А теперь я иду в туалет и надеюсь, когда вернусь, вас тут уже не будет. (Уходит в дверь направо.)

Ховард. Ну что ж. Я полагаю, между нами все кончено. После стольких лет.

Кэрол. Я полагаю, нам не следовало и начинать.

Ховард. Почему же, Кэрол? Ведь все начиналось прекрасно, первые несколько дней были очень даже ничего.

Кэрол. Нет-нет. Это моя вина. Тебе надо было жениться на этой… как ее звали? Ида, Ида…

Ховард. Ида Рондилино.

Кэрол. Рондилино. Я не должна была тебя отбивать. Но мне так хотелось быть рядом с человеком искусства…

Ховард. Ты не отбивала. Я встретил тебя и бросил Иду.

Кэрол. Это ты так думаешь. Но в тот вечер, когда мы с вами познакомились и я вообразила, хотя тоже была не одна, что хочу за тебя замуж, ты на меня даже не взглянул.

Ховард. Бедная Ида.

Кэрол. Она скучная баба. Но была бы тебе лучшей парой, чем я. Мы принесли друг другу слишком много разочарований.

Ховард. Ты когда-нибудь изменяла мне до Сэма?

Кэрол. Нет. Вернее, да. Один раз. С зубным врачом.

Ховард. Кэрол, Кэрол…

Кэрол. Если хочешь знать, он взял с меня как за две пломбы.

Ховард. А еще с кем?

Кэрол. Ни с кем. С Джеем Роландом.

Ховард. С Джеем? Он же мой соавтор!

Кэрол. Брось, Ховард, ну какой он писатель. Правда, этот хвостик на затылке… Прелесть.

Ховард. Ты спала с моим соавтором?

Кэрол. Всего разок. Ты лег на шокотерапию, мы оба очень за тебя переживали, не находили себе места.

Ховард. С кем еще?

Кэрол. Все. Больше ни с кем. Серьезно. Все эти годы, все эти пятнадцать бесконечных лет, мне не хватало духу уйти. Я уверяла себя, что твоя неуравновешенность — верный признак одаренности. Хотя это было обычное слабоумие.

Ховард. Где вы собираетесь жить?

Кэрол. Сэм хотел перебраться в Лондон.

Ховард. Не уходи, Кэрол.

Кэрол. Чего ради, Ховард? Я встретила человека, который мне очень дорог, по-настоящему дорог, нас соединило глубокое чувство, страсть.

Ховард. Я не смогу жить один, Кэрол.

Кэрол. Ты справишься. Ховард, постарайся понять, мне почти полтинник — сколько шансов мне осталось? Пожалуйста, не заставляй меня чувствовать себя виноватой.

Ховард. Мне страшно.

Кэрол. Просто у тебя сейчас спад. И еще эта история с отцом. Надо позвонить доктору Карру — наверное, самое время немного полежать у него, подлатать мозги.

Ховард достает из кармана пистолет.

Ховард… ты что?!

Ховард. Жизнь — тюрьма.

Кэрол. Господи боже… Ховард, перестань!

Ховард. У меня больше нет сил. Я не хочу жить.

Кэрол. Откуда у тебя пистолет?

Ховард. Нашел у отца. Он воевал на Мировой. На Первой мировой, которая должна была положить конец всем войнам — да не положила, потому что люди остаются людьми…

Кэрол. Убери сейчас же!

Ховард. Какое убожество, какая бессмыслица!

Кэрол. На помощь! Филлис! Филлис!

Ховард. Заткнись, у меня и так голова раскалывается!

Кэрол. Самоубийство — это не выход!

Ховард. Все кончается ничем: пустота, дом престарелых.

Кэрол. Трудные времена проходят! Сейчас у тебя просто такой период… Филлис! Черт побери! Самоубийство — не выход!

Ховард. Мне страшно!

Кэрол. Господи, я не могу на это смотреть!

Ховард. Тебе и не придется. Сначала я убью тебя, а потом себя.

Кэрол. Меня? Ховард, ты что, шутишь?

Ховард. Сначала ты, потом я!

Кэрол. На помощь! Спасите! Филлис!

Ховард. Если ты сию секунду не прекратишь вопить… (Взводит курок.)

Кэрол. Ховард, нет! Не надо!

Ховард. А почему мы должны жить? Назови мне хоть одну причину.

Кэрол. Потому что мы люди, Ховард! Мы ошибаемся, делаем глупости, но мы не такие уж и плохие, вовсе нет, — мы смешные романтики… Мы спотыкаемся, отчаиваемся…

Ховард. Мы совсем одни во Вселенной!

Кэрол. Ховард — мы сейчас не во Вселенной, это Нью-Йорк, Централ-Парк Вест!

Ховард. Нет! Все бессмысленно! Я хочу умереть!

Ховард подносит дуло к виску, нажимает на спуск, но курок заедает. Он направляет пистолет на Кэрол, пытается снова взвести курок.