«Подумаешь, – Маришка недовольно надула губки, – тоже мне несчастье! Уехала! Баба Женя уже несколько раз уезжала – то на дачу, то в санаторий, то в больницу. И все время возвращалась. Что же все такие грустные?»

Маришка воткнула вилку в кутью и нажала на конец ручки прибора. Ошметок поминальной мешанины взлетел, пронесся по параболе над столом и плюхнулся прямо в тарелку какого-то мрачного старичка с мохнатыми бровями.

– Марианна! – раздался бас отца. – Сейчас в угол поставлю.

Маришка знала, что, когда папа называет ее «Марианной», значит, он сердит, значит, его терпение лопнуло и в этот момент папу лучше не раздражать.

Старичок, которому Маришка угодила кутьей в тарелку, вдруг взял нож и два раза ударил его лезвием о краешек своей рюмки.

– Прошу внимания, – проскрипел он, – дорогие мои, усопла наша любимая Евгения Петровна, мать, жена, сестра, теща, свекровь, тетя, подруга. Прекраснейший, добрейший человек. Человек с большой буквы. Это невосполнимая утрата.

Старичок промокнул глаза платком и продолжил:

– Кто заменит этого замечательного человека? Как жить без него? Я не знаю…

Пока дедушка говорил, двое мужчин – брат папы и какой-то неизвестный дядька, наполняли рюмки водой из прозрачных бутылок. В стоящую перед Марианной рюмку тоже плеснули.

– Давайте помянем нашу дорогую Евгению Петровну, – призвал старичок и поднял свою рюмку.

Все сидящие за столом последовали его примеру. Марианна тоже.

Кто-то поднял рюмку с суровым и торжественным лицом, кто-то всхлипывая. Маришка тоже, чувствуя всю серьезность момента, сжала губки и выпрямила спину.

– Смотрите! – взвизгнул Борька, двоюродный брат-первоклассник.

Но было слишком сложно. Оттопыря мизинчик, как красивая женщина с черным платочком на шее, сидящая неподалеку, Маришка залпом махнула содержимое рюмки. Папины глаза стали больше его очков. А дочурка оцепенела, разинула ротик не в силах ни вздохнуть, ни охнуть.

Папа вскочил из-за стола и зачем-то схватил Маришку на руки.

– Господи! – завопила другая бабушка. – Срочно – промывание! Погубим ребенка!

– Да ладно, успокойтесь, – прогремел приехавший из Сибири брат Евгении Петровны, огромный дубовый дед, – ничего с ней не случится. Ничего. Это – наша кровь. От рюмки еще никто не умирал.

– Вы с ума сошли, – пискнула Агнесса Карловна, бледная девушка с длинной и тонкой шеей, украшенной черной брошью, – скорее вызывайте «скорую помощь»! – И, застенчиво потупившись, добавила: – Извините за тавтологию…

Началась суета. Родственники, облаченные в траур, разделились на два лагеря. Первый, сибирский, предлагал уложить пьяную девочку в соседней комнате и дать ей проспаться. Второй, московский, требовал срочного вмешательства медицины или хотя бы домашнего промывания желудка.

Пока они спорили, Маришке стало хорошо… Стены и потолок комнаты поплыли, голоса слились в единый монотонный гул.

В итоге Маришку решили все-таки уложить в соседней комнате под присмотром папы, косвенного виновника этого чрезвычайного происшествия.

Очутившись на большой кровати, Маришка взялась пьяно дебоширить: ругалась, кусалась, пыталась выскочить из-под одеяла. Она орала, что бабушка Женя скоро вернется и напрасно все так грустят.

Чтобы отвлечь внимание дебоширки, папа включил телевизор. Маришка рассеянно уставилась на экран.

Показывали старт ракеты на космодроме Байконур.

– Видишь, – объяснял папа убаюкивающим голосом, – это – ракета, такая высокая-превысокая башня. Сейчас будет взрыв, и башня унесется в космос. В верхушке ракеты сидят космонавты, а внизу – сопла. Такие большие трубы, из которых бьет огонь и толкает ракету вверх.

Маришка смотрела на ракету слипающимися глазами и улыбалась. Ну конечно, бабушка Женя – у сопла. Она стояла у сопла и махала ей, Маришке, рукой. К бабушке не спеша подходили другие старички и старушки, поднимались по железным подпоркам и занимали места в ракете.

– Когда все соберутся, – сказала баба Женя, – ракета взлетит, и мы отправимся на Солнце.

– Там же горячо, бабуль, – предупредила Мариша и окончательно закрыла глаза.

– Ничего, – ответила бабушка, – на Солнце я превращусь в луч и буду светить. А ты расти большой и здоровой!

Бабушка помахала рукой и поставила ногу на ступеньку железной лестницы.

Водки слонам!

Вполне возможно, свойства алкоголя люди открыли благодаря животным – заметив, как те веселились после десерта из перебродивших фруктов. Некоторые из братьев меньших (но отнюдь не маленьких по размеру) уже не довольствуются плодами природы и переходят на продукты человеческой цивилизации.