Читаем Ритмы истории полностью

Автор этой статьи не является марксистом. С позиций сегодняшнего дня мнение оппонентов К.Маркса во многих случаях представляется мне более убедительным. Но у К.Маркса-теоретика есть одно несомненное достижение. Это — формационная теория. Конечно, К.Маркс не является первооткрывателем стадиальности общественного развития. Это признавал и Ф.Энгельс[13]. Но в работах К.Маркса впервые появилось понятие формаций — социальных комплексов, сменяющих друг друга. Под влиянием своей профессии эти формации К.Маркс определил как общественно–экономические, основанные на определенных форме собственности и способе производства (экономический детерминизм К.Маркса нельзя признать вполне обоснованным). Создать стройную концепцию сменяющих друг друга формаций К.Маркс не успел. Он построил подробную модель «капиталистической формации», предсказал появление в будущем «коммунистической», призванной преодолеть классовый антагонизм. Но с докапиталистическими формациями возникли сложности — после первобытности возникали сразу две доминирующие формы собственности и следовательно, по Марксу — формации) — античная и азиатская, которые затем сменялись феодализмом[14]. Чтобы как–то ликвидировать это раздвоение, последователи К.Маркса объединили античность и азиатские деспотии в «рабовладельческую формацию» несмотря на то, что ни в одной стране древности рабы не составляли большинства населения (применительно даже к «самой рабовладельческой» Греции это признают и сторонники концепции рабовладельческого способа производства[15], а относительно стран Древнего Востока этот факт уже не вызывает никаких сомнений).

Естественно, такое насилие над историей вызывало время от времени «бунты» историков–практиков, которые доказывали вспомогательную роль рабовладения в странах Древнего Востока. Они выдвигали концепции параллельного существования двух способов производства в древности либо предлагали объединить все многообразие докапиталистических эксплуататорских обществ в единой докапиталистической формации. Сторонники прежней концепции признавали, что название «рабовладельческий способ производства» и «рабовладельческая формация» во многом условны, и наряду с рабовладением важную роль здесь играет эксплуатация крестьянского населения государственной корпорацией.[16] Идеологические органы каждый раз прекращали такие дискуссии. По ряду причин. Во–первых, утверждение о том, что государственная корпорация может быть эксплуататором сама по себе, а не как проводник воли какого–то иного класса, могло навести на мысль, что в СССР создано эксплуататорское общество с господствующим классом в лице государственной бюрократии. Во–вторых, предложение выделить две формации, существующие параллельно, а не последовательно, опиралось на богатый фактический материал о культурно–географических различиях стран Востока и Запада. Бросалась в глаза недооценка официальной идеологией местных особенностей, которые нивелировались формационной теорией. От теории отдельного «азиатского» способа производства — один шаг к цивилизационной теории, противостоящей стадиальному (в частности — формационному) подходу к общественному развитию (и также к обнаружению черт азиатского способа производства в СССР).

Дискуссии советских историков «сворачивались», но марксистско–ленинскую «пятичленку» это не спасло. Коммунизм не наступил, ограничения на свободу дискуссий исчезли, и официальная доктрина была разрушена. Но, избавившись от искусственной схемы, историческая публицистика, а за ней и наука, стали «выплескивать из купели ребенка», полностью отказываясь от формационного подхода.

В качестве альтернативы, естественно, выдвигается представление о том, что человечество развивается не поступательно, а «по кругу». Каждый этнос (или цивилизация, или культура) проходит определенный цикл развития и угасает. Его место занимают более молодые цивилизации, проходящие те же циклы развития. Наиболее крупными представителями этой концепции являются О.Шпенглер и А.Тоинби. На отечественной почве большую известность получила концепция «этногенеза» Л.Гумилева, фактически являющаяся вариантом цивилизационного подхода. Несмотря на то, что авторы цивилизационных концепций выделяют определенные стадии развития каждой цивилизации, человечество в целом фактически не может развиваться — ведь каждая цивилизация движется по кругу. У А.Тоинби прогресс прослеживается только в религиозно–духовной сфере. Цивилизации, отошедшие в XIX–ХХ вв. от тесной связи с церковью, рассматриваются А.Тоинби как регресс в развитии человечества, как «суетное повторение секулярных цивилизаций»[17]. В этом смысле англичанин XIV века более развит, чем современный обитатель Великобритании. Человечество движется по кругу. Все уже было.