Читаем Rise (СИ) полностью

Я шепотом позвал Тинки и вручил ему ответную записку для Гермионы. Эльф пообещал немедленно передать ей пергамент. Как только он аппарировал, я переоделся и устроился на кровати, предварительно выпив обезболивающее зелье, потому что, хоть я и не врал и действительно ни капли не жалел, что не позволил Грейнджер растянуться на полу, но спине от этого легче не было, и, если я хотел спать в эту ночь, а не глядеть в темноту и считать количество вспышек боли, мне необходимо было зелье.

Пока оно не подействовало, я размышлял о сегодняшнем дне. Почему я так разозлился на Алекса, когда он разговаривал с Гермионой? Почему мне не очень-то хотелось отпускать ее из своих объятий? Единственный вывод, который напрашивался сам собой, был, определенно, чушью и бредом. Я решил пока об этом больше не думать. Другой волнующий меня вопрос был в том, что, хоть я и говорил, что нечего расслабляться и так бурно радоваться тому, что мы вплотную подошли к разгадке рецепта исцеляющего зелья, в глубине души часть меня уже праздновала эту маленькую победу и мечтала, как я снова стану здоровым. Но здесь была проблема. Я очень, очень боялся, что мы с Грейнджер и Алексом что-то упустили. Какой-то важный момент, который может перечеркнуть всю проделанную работу и мои надежды. Я прокручивал в голове текст пояснения к рецепту, раз за разом, пытаясь понять, что же было не так, пока не утихла боль, и я провалился в сон.

Я сидел в кабинете зельеварения за столом, заваленным книгами. Из подсобки вышел человек в черных одеждах, он показался мне очень знакомым. Когда он дошел до меня, я не мог сдержать возгласа удивления:

— Профессор Снейп?

— Драко-Драко, не разочаровывайте меня, — проговорил он своим низким уверенным голосом и покачал головой. — Как же вы не видите своей элементарной ошибки? Я ведь вас учил. Неужели все это было зря?

— Профессор… — я растерялся. — В чем моя ошибка?

— Думайте! — он повысил голос. — Вы с мисс Грейнджер задумали опасную затею. Целительное зелье такой сложности было бы нелегко приготовить даже мне. Но вы — очень способный студент, а мисс Грейнджер — и подавно. Вдвоем вы справитесь, если только сейчас определите, что вы упустили.

— Профессор Снейп, я знаю, мы не учли что-то. Но я не могу понять, как ни стараюсь, — сказал я отчаянно.

— Драко, я ведь всегда говорил, что к приготовлению зелий нужно подходить с холодным умом, без примеси эмоций. Вам мешают ваши эмоции и страхи. Вспоминайте! — он смотрел на меня со злостью.

— В описании сказано: “Последние составляющие со “светлой целительной мощью, любовью и взятой живой силой, что научатся и победят хворь, будто взявшись за руки” нужно бросать в котел по очереди после того, как зелье приобретет ярко-красный цвет”, — проговорил я заученный на память текст.

— И? Что из этого вы понимаете? — спросил он строго.

— Светлая целительная мощь — это рог молодого единорога, живая сила — кровь, любовь… — я задумался. — Это просто фигура речи, указывающая, что кровь нужна или зельевара, или того, для кого варится зелье.

— Просто фигура речи? — переспросил Снейп. — Это вам не художественная литература! Думайте, что здесь не так!

Мысли роем клубились в моей голове, я никак не мог уловить суть. Я усердно потер виски, будто это могло упорядочить ход размышлений.

— Почему “живая сила” — “взятая”. Как и у кого она взятая? И… вот! Что значат слова о том, что компоненты зелья “научатся”, а потом уже победят болезнь? — рассуждал я вслух.

— Драко, вы помните, незадолго до того, как началась полномасштабная война и мне пришлось покинуть Хогвартс, я подарил вам несколько книг из своей личной библиотеки? — задал новый вопрос Снейп.

— Да, я храню их, профессор. Они мне очень дороги.

— А читать вы их не пробовали? — ехидно заметил он.

— Я читал! — сказал я с негодованием, но потом начал оправдываться: — Правда, это было несколько лет назад, я уже не все помню…

— А стоило бы вспомнить, сейчас это бы очень вам пригодилось, — сказал он. — Давайте, Драко, соображайте уже! Вы же понимаете, что если вы с мисс Грейнджер ошибетесь в составе, может так случиться, что вы не только не сможете ходить, а и вообще погибнете? Ведь при малейшей ошибке может получиться яд, а не лекарство!

— Я понимаю, профессор, — я уронил голову на руки. — Потому я так и боюсь и не могу сосредоточиться.

— Я еще раз вам говорю. Вспоминайте. Содержание. Подаренных. Книг! — он отчеканил каждое слово так, будто хотел, чтобы это причинило мне боль. — И думайте над описанием приготовления зелья, — добавил он уже спокойнее.