Читаем Rise (СИ) полностью

Чтобы больше никто мне не смог быть судьей.

Я добрался. Уже я ступил на карниз.

Но взлечу или лишь упаду камнем вниз?

Понедельник… Простой и обычный понедельник — это ничто по сравнению с тем, что меня сегодня ждало… Несмотря на то, что наутро после симптомов, так похожих на алкогольное опьянение, не наблюдалось ничего, что напоминало бы похмелье, состояние мое было хуже некуда.

Проснувшись, я вспомнил наш разговор с Грейнджер и мое дурацкое письмо, в котором я наговорил лишнего, и подумал, что лучше бы это был сон, однако зажатая в руке записка, написанная несомненно почерком Гермионы, была явным доказательством реальности происходящего и правдивости воспоминаний. Я застонал и обхватил голову руками. Какой же я идиот. И зачем я с ней флиртовал?! А сегодня вторым уроком должна была быть трансфигурация, но я не представлял, как смотреть в глаза Грейнджер. Оставался только единственный лучик надежды, что она не помнит вчерашнего, но он был таким ничтожно малым, ведь у нее, должно быть, сохранилось мое письмо. Я снова застонал и сел. Пора было собираться и идти на занятия.

Злой, уставший и совершенно невыспавшийся, я отправился прямиком на историю магии, решив обойтись без завтрака, так как есть мне совершенно не хотелось. Устроившись на привычном месте, я уронил голову на руки.

— А я тебя искал в Большом Зале, — прозвучал недовольный голос Алекса у меня над ухом.

— Привет, Малфой, — поздоровалась Амелия.

— И вам доброе утро, — пробурчал я.

— Что-то для тебя оно, кажется, не такое уж и доброе, — сказал Алекс и слегка пихнул меня локтем в бок.

Я поднял голову и посмотрел на него с раздражением.

— Это так заметно?

— Ну, внешне ты выглядишь вполне прилично, вон, даже галстук идеально завязан, чего еще от тебя ожидать. Но в глазах такая вселенская печаль…

— Хватит уже, — скривился я.

— Ладно, шутки в сторону, — сказал он и, придвинувшись поближе, тихо спросил: — Что-то вчера пошло не так? Я видел профессора Грейнджер в Большом Зале, и, судя по выражению ее лица, все хорошо.

— Нет, с зельем все так. Ну почти, — прошептал я. — Время покажет. Оно пока не того цвета, что нужно, но еще две недели впереди, так что все может измениться.

— Тогда чего ты такой хмурый? — удивился Алекс.

— Ты знал, что у вещества, которое впрыскивают в кровь пиявки когнициа, есть особый побочный эффект, по состоянию очень напоминающий опьянение?

Он отрицательно помотал головой.

— Вот и я не знал. А Грейнджер не предупредила, — мрачно проговорил я.

— И? — нетерпеливо спросил Алекс.

— Наговорил я лишнего, — смутившись, пробурчал я.

— Ты что, в любви ей признался? — восторженно спросил он.

— Нет, конечно! Что за бредовая мысль? — возмутился я. — Просто рассказал ей о некоторых своих слабых сторонах, о которых ей знать вовсе необязательно.

— Всего-то? И в чем проблема? Просто сделай вид, что ничего не было. Я не думаю, что профессор Грейнджер станет разбалтывать чужие тайны. Она не похожа на сплетницу.

— Я знаю, просто… — я запнулся. “Мне хотелось, чтобы она была обо мне лучшего мнения”, — вот чем должна была закончиться моя фраза, но глуповатое это было оправдание. Может, мне и правда нечего было переживать.

— Расслабься, — посоветовал Алекс. — Профессор Бинс сегодня совсем скучный, почитаю-ка я лучше нумерологию, — сказал он и открыл увесистый учебник.

Я какое-то время смотрел сквозь профессора, а потом мне это надоело. Достав взятую у Грейнджер вчера книгу, которую я случайно притащил с собой на занятия, так как вчера ночью сам положил ее в стопку с учебниками, я открыл ее на первой попавшейся странице. Книга раскрылась где-то ближе к концу, и мне на глаза попалась тоненькая серебряная цепочка с кулоном, которая, видимо, лежала здесь в качестве закладки. Я взял ее в руки, чтобы рассмотреть поближе. На кулоне в форме сердца, похоже, тоже сделанном из серебра, была выгравирована миниатюрная роза, а на обратной стороне красовалась надпись “Гермионе с уважением. От Рона”. Я тихо хмыкнул. “С уважением”, значит… Ко мне в руки попала значимая для Грейнджер вещь. Я положил цепочку во внутренний карман мантии, решив отдать ее хозяйке сегодня после трансфигурации.

По окончании истории магии Алекс с хитрой улыбкой пожелал мне удачи, а Дэвидсон удивленно вскинула брови, завидев, что моей реакцией на его слова было перекошенное бледное лицо. Она даже дернула его за рукав и спросила, что со мной творится, но он только усмехнулся, сказав, что это не стоит лишнего внимания, а тем более опоздания на травологию, схватил ее за руку и потащил к выходу.

В кабинете трансфигурации было уже достаточно много студентов, так что у меня не было шанса поговорить с Грейнджер до занятия, хоть она и была уже здесь, сидела с задумчивым видом за своим столом. Увидев меня, она слегка кивнула, заправила локон волос за ухо и отвернулась к окну, будто там происходило что-то чрезвычайно интересное. Я вздохнул. Похоже, нелегко теперь нам будет общаться.