Читаем Rise (СИ) полностью

— А хуже точно не будет. Если не извинишься, никогда не узнаешь, мог ли ты все исправить, если бы попробовал. Почему ты так боишься быть с ней искренним? Потому что она может не понять тебя?

— Я не знаю. Мне кажется, что если я раскроюсь ей, стану уязвимым, а она сможет причинить мне боль, — я нахмурился.

— Но так, как сейчас, тебе еще хуже. Неопределенность тебе явно не доставляет радости, так почему бы не перестать мучиться сомнениями и открыть ей свои чувства? — спросил Алекс тихо.

— Нет, я не могу, — я отрицательно помотал головой. — Уж лучше так, как сейчас. По крайней мере, я могу с ней общаться, а если я внезапно выложу ей слова про свои чувства, это может стать последним, что я ей скажу.

— Но хотя бы общаться ты с ней можешь? Я все-таки думаю, что ты должен извиниться и продолжить тренировки в ее обществе. Уже март, не успеешь оглянуться, как сдашь ЖАБА и оставишь позади и Хогвартс, и мисс Грейнджер.

— Знаю я, — огрызнулся я. — Ты прав, я должен пойти к ней сегодня. А она что-то говорила вчера обо мне?

— Только спрашивала, куда ты пропал, — сказал Алекс.

— Ясно, — я вздохнул. — Но до вечера еще далеко. Какие у тебя планы на день?

— Пойду залечивать душевные раны хорошей порцией качественной литературы в библиотеке, — невесело усмехнулся он. — А заодно и несколько эссе сделаю.

— С тобой можно? — с надеждой спросил я.

— Конечно! Вместе будет веселее, — улыбнулся Алекс и хлопнул меня по плечу. — Тогда идем.

Мы оставили завтрак недоеденным и поспешили во владения мадам Пинс, надеясь отвлечься от невеселых мыслей, терзавших каждого из нас.

*

Алекс и я просидели в библиотеке целый день, почти не разговаривая, все, что мы делали — это читали и писали эссе. За это время мы успели выполнить все задания, которые нам задали. И только когда до намеченного времени тренировки оставалось пятнадцать минут, я оторвался от книг и сказал Алексу, что собираюсь уходить.

— Удачи тебе, Драко, — искренне пожелал Алекс.

— Спасибо, — я пожал ему руку, набираясь от него уверенности, и направился к лаборатории.

Я не спешил, стараясь перемещаться медленно, но все равно пришел на пять минут раньше положенного времени. Вздохнув, я коротко постучал и попытался открыть дверь, однако она оказалась запертой. Я удивился и разозлился. А ведь обычно Гермиона приходила заранее. Значит, она даже не ждала меня сегодня…

Можно было подождать пять минут до оговоренного времени и посмотреть, придет ли она, а можно было махнуть на все рукой и уйти прямо сейчас. Я шумно вздохнул и выбрал первый вариант. Мне очень хотелось увидеть ее сегодня, я надеялся хотя бы мельком взглянуть на нее в Большом Зале утром, но она на завтрак не явилась. Впрочем, для нее это было обычным делом, она часто пропускала его, так что это был не такой уж серьезный повод для волнения. Но это не отменяло того, что я не смог ее увидеть, хоть так этого хотел. Сцены моего сегодняшнего сна все еще стояли у меня пред глазами, и я очень хотел заменить их гораздо более позитивными образами Гермионы.

Все пять минут мне не пришлось ждать. Вскоре я услышал торопливые шаги и увидел, как в мою сторону быстро приближается та, которую я сейчас хотел видеть больше всего.

— Привет, — тихо поздоровался я , когда она подошла ко мне совсем близко.

— Здравствуй, — холодно ответила она. — Я сомневалась, что ты вообще сегодня придешь. Вчера даже записки не прислал с предупреждениями…

Я вздохнул.

— Прости. Я… а мы можем поговорить внутри?

— Да, конечно, — ответила она, распахивая передо мной дверь.

— Что это у тебя там? — спросил я, перемещаясь в лабораторию. На письменном столе стояло нечто, напоминающее поднос, накрытый высокой куполообразной металлической крышкой.

— Не знаю, — сказала она удивленно. — Этого здесь не было. Надо посмотреть, что это. Тут и записка есть.

Я направился поближе к столу и успел прочитать надпись, сделанную зелеными чернилами на небольшом конверте: “Дорогой Гермионе Грейнджер с любовью”, прежде чем сама получательница взяла послание в руки.

Я скрипнул зубами. Это от кого же ей такие посылки приходят?

Чтобы не глазеть на Гермиону, пока она читала письмо, я переместился к дивану, надеясь, что мы не поругаемся еще больше, и я смогу все же потренироваться сегодня. Однако я не стал пересаживаться из кресла на диван, пока мы не прояснили все.

— Грин прислал? — спросил я.

Гермиона озадаченно вертела письмо в руках.

— Нет, не его почерк. Не знаю, от кого это. Надо открыть и посмотреть, что там внутри.

— Подожди! — крикнул я, и она вздрогнула от моего голоса. — Прости, — смутился я. — Просто не мешало бы сначала проверить заклинаниями это, чем оно ни было. И потом, ты можешь удовлетворить свое любопытство и позже, а сейчас, пожалуйста, давай поговорим, — сказал я. Прозвучало плохо, совсем не так, как я задумывал.

— Ладно, давай поговорим, — сказала она, пожав плечами, но не сдвинулась с места ни на шаг.

— Так и будешь там стоять?

— Да.

— Что ж, ладно, — я замялся. — В общем… я, наверное, снова должен извиняться перед тобой.