К. Жуков: Вообще, все эти когномены, как правило, просто римские слова. Поэтому, не стесняясь, берите латинско-русский словарь и бомбите. Вас ждет масса интересных открытий. А как Октавий превратился в Октавиана, я уже рассказывал: родовой номен у него был Октавий. Когда его официально усыновил Гай Юлий Цезарь, он перестал быть Октавием. Но так как все знали, кто он такой по крови, он оставил себе когномен, превратив фамилию в кликуху Октавиан. То есть если раньше он был Восьмов, то теперь стал Восьмерский, типа того.

К. Жуков: Нет, римских мускульных торексов не найдено. Вернее, есть находки, только датируются они не позже IV века до н. э.

К. Жуков: Римляне их совсем не использовали. Возможно, судя по находкам, в Сирии и Египте они был. Кожа качественной выделки защищала хорошо, но, конечно же, хуже, чем нормальная сталь. Если кожу сделать такой, чтобы она по прочности не уступала стали, то она будет настолько толстой и тяжелой, что ее будет очень неудобно носить.

К. Жуков: Любой свободный гражданин мог носить любое оружие.

Д. Пучков: Внутри Рима?

К. Жуков: Да.

Д. Пучков: Только войскам нельзя?

К. Жуков: Войскам нельзя. Скинул с себя легионерский плащ и просто как гражданин носи с собой, что хочешь. Рабам нельзя было категорически носить оружие, только если это не специальная охрана, которая сопровождает своего господина. С доверенностью.

К. Жуков: Барышня находится во власти семьи. Если семья сказала «можно» – значит, можно. А если не сложилось – ну, не сложилось.

Д. Пучков: Помпей, что ли, виноват?

К. Жуков: Видимо, да.

Д. Пучков: До нас не дошли.

К. Жуков: Бумажные архивы были утрачены в чудовищном количестве. До нас дошла масса литературы, потому что ее в Средние века переписывали постоянно. Это было единственное, так сказать, творческое наследие, доступное несчастным средневековым людям. И они пытались его как-то сохранять, изучать и прочее. Архивы, к сожалению, практически полностью оказались утрачены. Это во всяком Междуречье, Вавилоне, Ассирии архивы на глиняных табличках практически вечные. Ни холод, ни снег, ни дождь, ни огонь – ничего не страшно.

Д. Пучков: Они, как кирпичи, закаленные.

К. Жуков: Да. А в Риме все было на папирусе, на пергаменте, поэтому и пропало.

Д. Пучков: Интересный случай был в Египте. Там мумию дорогостоящую заворачивали в Книгу мертвых – обматывали, так сказать, папирусом, после чего она лежала захороненная, в сухом климате. Потом все забыли уже про Книгу мертвых и оборачивали во что попало, любые тексты брали – «Илиаду», например. И таким образом до нас многое дошло.

К. Жуков: Интересно жили!

Д. Пучков: А у римлян мумий не было, поэтому не дошло.

К. Жуков: Лет пять назад мой однокашник по историческому факультету, который ныне трудится в Гатчинском арсенале, разбирал охотничье ружье второй половины XVII века. Снял ствол с ложа, убрал ствол. А ложе всегда какой-нибудь кожей или бумажкой прокладывали, чтобы амортизация была лучше и вибрации не было при выстреле. Ну, видит, пергаментом каким-то выстелено. Пригляделся – буквы. Вытащил, и оказалось, что под ствол было положено порезанное лентами Евангелие XIV века.

Д. Пучков: Неплохо!

VI

Эгерия

К. Жуков: Итак, шестая серия. В сериале очень здорово сделано: серия всегда заканчивается на чем-то таком интересном, что хочется дальше смотреть.

Д. Пучков: В этом основная прелесть сериалов. В обычном фильме – начало, кульминация, развязка, не подразумевающая продолжения. Если появляется вторая часть фильма, то ее, как правило, высасывают известно откуда.