Читаем «Рим». Мир сериала полностью

К. Жуков: Это был хитрый план Помпея – ХПП, за что Помпея все соратники немедленно прокляли, как положено настоящим либералам: какой такой ХПП? Биться насмерть! А Помпей сказал: «Вы насмерть биться будете? Нет? Тогда будет ХПП». И первые же кадры четвертой серии переносят нас к тактическим беглецам. Цицерон троллит Помпея за такой хитрый план. Помпей страшно обижается и говорит, что, пока они лясы точат, он ловко подпустил своего сына решить проблему украденных денег, которые, как мы помним, помпеянцы якобы попытались вывезти из казначейства.

Д. Пучков: Интересный момент: гигантские сундуки, в которых лежат вот такенные золотые слитки, кто поднимал? Там у них что, подъемный кран? Телега на деревянных колесах такой вес не выдержит.

К. Жуков: Категорически.

Д. Пучков: А даже если выдержит, то зароется в землю – и никакие буйволы ее не утащат.

К. Жуков: Потому что один ящик с золотом весит до хрена, а их там штук сорок.

Д. Пучков: Шестнадцать их было.

К. Жуков: Шестнадцать? Ну все равно это как танк.

Д. Пучков: Очень много, да.

К. Жуков: Поднять – не вопрос. Можно по одному брусочку спокойно перекидать. А вот как сын Помпея, несмотря на все его феерические дарования, смог бы один, ну, пускай с помощью своих подручных, эту фигню вытащить из города, в котором на каждом шагу сторонники Цезаря? Как, черт возьми?!

Д. Пучков: Многим интересно было, что во время госпереворота творится в казначействе. Нормальные люди подтянулись бы посмотреть, принять участие.

К. Жуков: Так они не «подтянулись бы», а подтянулись.

Д. Пучков: Мало ли делить начнут или вывозить, не дай бог. Можно же следом поехать, чтобы в лесу на опушке догнать.

К. Жуков: На самом деле так оно и получилось: первое, куда отправились местные грамотные парни, когда Помпей уже уехал, а Цезаря в городе еще не было, конечно же, в казначейство. Вдруг представится возможность немножко заработать «исключительно честным способом»! Там набралось такое количество желающих, что все друг на друга посмотрели и разошлись.

Д. Пучков: Но в фильме все равно выглядит отлично. Буйволы, повторюсь, меня просто поразили!

К. Жуков: Буйволы – настоящие монстры.

Д. Пучков: Телега отличная, сундуки, железом кованные, мужики… Ты, кстати, обратил внимание, что у них на ногах носки и сандалии?

К. Жуков: Правильно.

Д. Пучков: У нас же масса бешеных граждан кричит, что недопустимо носить носки… А тут оказывается, что уже в Древнем Риме…

К. Жуков: Они носили и портянки, но носки хорошо известны, их вязали при помощи одной спицы. У нас девчонки, которые реконструкцией занимаются, освоили эту технику вязания – получается офигенно, вязка очень плотная, пряжи уходит в три раза больше, чем если двумя спицами вязать. И надеть такие носки под калиги легионерские – то, что надо, потому что калига – это множество ремешочков, которые вокруг ноги оборачивают, и такая плотная подкладка сохраняет ногу от натирания. Наши парни, которые занимаются Римом и которые служили в армии, носят портянки, а те, кто не служил и слаб духом, – носки. Так вот, такие носки исключительно удобны. И историчны.

Д. Пучков: Как и портянки.

К. Жуков: Да.

Д. Пучков: Многие не понимают, что такое портянка, считают ее чем-то предосудительным. Надо бы их всех на пару лет призвать для вправления мозгов.

К. Жуков: В сапоги призвать.

Д. Пучков: Если они есть – эти мозги. Итак, прибыл сын Помпея и уже занят пытками.

К. Жуков: Пытки отличные. Пока Помпей общается с Цицероном и Катоном, на заднем плане какие-то вопли раздаются – сын Помпея проводит дознание.

Д. Пучков: Я считаю, что заниматься этим надо было где-то в дальнем углу. Чтобы не бесить начальство.

К. Жуков: Это специально, чтобы раздражать либералов, которые пороха не нюхали. Помпей – ветеран, ему, в общем, все равно: ну, пытают кого-то – ну и что?

Д. Пучков: Это как Сулла в сенате: «Пока кого-то режут, мы тут побеседуем».

К. Жуков: Да-да-да. У меня недоумение вызвало имя сына Помпея.

Д. Пучков: Он был на самом деле?

К. Жуков: У нас есть достоверная информация о двух сыновьях Помпея, которые были весьма известными персонажами. Это Секст Помпей Магн и Гней Помпей Младший. Оба очень толковые были, но в фильме этих двоих не показывают, а придумали какого-то третьего сына, который представляется как Квинт Валерий Помпей. Когда я это имя услышал, меня аж перекосило, потому что Помпей из номена превратился в когномен, то есть в кликуху, а фамилия у него оказалась Валерий вместо Помпей.

Д. Пучков: Мальчик, ты чей?

К. Жуков: Как сценаристы до такого додумались? Ну назвали бы его Помпей Младший или Секст.

Д. Пучков: Джуниор.

К. Жуков: Чем Секст хуже Квинта?

Д. Пучков: То есть один Квинт, а другой Секст? «Пятый» и «Шестой» – нумерация по порядку рождения?