Читаем «Рим». Мир сериала полностью

К. Жуков: А если все-таки тебе нужно было куда-то поехать и требовалось подтверждение, что ты на самом деле тот, за кого себя выдаешь, то ты должен был предоставить какую-нибудь бумагу – путевой лист, договор. И привести человека, который за тебя поручится. Об этом писал Цицерон в «Речи против Верреса», например. Если человек вдруг выдавал себя за гражданина, а выяснялось, что он не гражданин, его выпинывали за пределы Италии. Это называлось изгнанием.

Д. Пучков: Сильно.

К. Жуков: Вот так.

К. Жуков: Это так. Квинт Цецилий Метелл Пий Сципион Назика до тридцати лет звался Публий Корнелий Сципион, потому что он по мужской линии происходит от двоюродного брата Сципиона Африканского, а по женской – непосредственно от него. А Квинтом Цецилием Метеллом Пием Сципионом Назикой он стал в 30 лет, когда его по завещанию усыновили. Он перешел из патрициев в плебеи, в очень знатный плебейский род, который вел свое происхождение от Вулкана. Его с братом усыновили, он из Корнелиев стал Цецилием Метеллом. На самом деле он Корнелий – Публий Корнелий. Более того, в источниках его постоянно зовут Публий по старой памяти.

К. Жуков: Археология говорит, что ничего не было. Тогда зеркалом служил кусок полированной бронзы или серебра. Насколько он будет ровный, гладкий, настолько качественное будет отражение. Зеркала в том виде, как мы сейчас знаем, появились в только в XV веке в Венеции.

Д. Пучков: В фильме это, наверное, некая гиперболизация…

К. Жуков: Так там же показывают все время эти самые бронзовые куски.

Д. Пучков: Ну, они во что-то смотрятся, рожи кривые, страшные. В воду можно посмотреться – видно нормально, если вода стоячая. Я как опытный шлифовщик могу сказать, что отшлифовать можно по-разному.

К. Жуков: Точно.

Д. Пучков: Но с моей точки зрения, если бронзовое зеркальце пролежит где-то две тысячи лет, то оно хотя бы под собственным весом изогнется и до археолога дойдет уже кривым, нет?

К. Жуков: В хорошо сделанном бронзовом зеркальце отражение видно, но далеко не как в современном зеркале. То есть глядя в него – побриться можно. Ты увидишь, где у тебя что, и если морда с похмелья опухшая – поймешь.

К. Жуков: В Римской империи множество городов были образованы на базе легионных лагерей. Там никого, кроме легионеров, не было, а дежурное подразделение выполняло и полицейские функции: пьяных соратников растаскивали по углам.

Д. Пучков: Войсковых товарищей.

К. Жуков: Да, однополчан. Не дай бог, начальство… Это ж нужно одной рукой непрерывно отдавать воинское приветствие, другой рукой его нести. Очнется, а у тебя воинское приветствие не отдано.

Д. Пучков: А ты его обнимай.

К. Жуков: Если говорить о Риме, об италийских городах – смотрели за всем этим вигилы, то есть стража. Стража формировала городские когорты, зачастую из отслуживших ветеранов. Были специальные люди, ответственные за судебно-полицейские функции. Кстати, известный римский порнограф Публий Овидий Назон начинал свою карьеру в римской ментовке. Следователем был.

Д. Пучков: Следаком.

К. Жуков: Да.

Д. Пучков: А потом в Соединенных Штатах вигилы превратились в vigilante. Это граждане, зорко следящие за беглыми неграми и т. д.

К. Жуков: Где-нибудь поблизости от общественных зданий могли преторианцы гулять… Преторианская гвардия тоже следила за порядком. Но по большей части это функция вигилов.

К. Жуков: Инцест строго осуждался, брак между родными сестрой и братом никто бы не зарегистрировал. Покрутили бы пальцем у виска. Про наказания ничего не знаю. Жениться на двоюродных родственниках было можно. Соответственно, и огуливать их тоже было вполне можно.

Д. Пучков: Не западло.