Читаем Рихард Зорге полностью

Международная обстановка была сложной. IV управление Штаба РККА, выполняя указания политического и военного руководства страны, основное внимание уделяло вскрытию военной угрозы, подготовке вероятных противников к войне против СССР. Несмотря на принимаемые меры обороноспособность Советского государства все еще находилась на низком уровне, военная промышленность только создавалась в ходе начавшейся индустриализации страны. Красная армия по численности и технической оснащенности уступала многим другим странам. В этих условиях военная разведка должна была точно определить потенциального агрессора и возможный характер его действий, чтобы сосредоточить необходимую группировку на угрожаемом направлении и отразить нападение противника.

Берзин со своими заместителями, начальниками агентурного и информационного отделов тщательно анализировали всю поступающую к ним информацию, оценивали складывающуюся угрозу и перераспределяли силы и средства военной разведки на те направления, где этого требовала обстановка. С начала 1932 года большую озабоченность Разведуправления вызывала Германия, где к власти стремилась нацистская партия под крайне опасными реваншистскими лозунгами. Ее лидер изложил свою внешнеполитическую программу в книге «Майн кампф», опубликованной еще в 1925 году.

В ней Гитлер не скрывал своих целей «расширения жизненного пространства» германской нации за счет новых земель в Европе. При этом в первую очередь имелись в виду Россия и «подвластные ей окраинные государства». В Москве внимательно изучили эту книгу. Многочисленные донесения агентурных источников, в которых приводились высказывания фюрера на различных закрытых мероприятиях, более подробно раскрывали завоевательные намерения нацистов после их прихода власти. Вместе с тем Берзин считал, что Германии, находившейся под ограничениями Версальских соглашений, потребуется не менее пяти-шести лет, чтобы восстановить свой военный потенциал и создать массовую, хорошо вооруженную армию.

Главная военная опасность для Советского Союза в то время исходила от императорской Японии, которая быстро превращалась в милитаристское государство. Военной разведке было известно, что японский генштаб неоднократно разрабатывал и уточнял план войны против СССР. Даже в открытой прессе публиковались материалы, в которых говорилось о необходимости быть в готовности «в любую минуту начать войну на севере с целью захвата Восточной Сибири».

Японские правящие круги нагнетали в стране настроения военного психоза, культивировали «исключительность» японской нации, ее превосходство над другими народами. Одновременно принимались меры по ускоренному развитию военных отраслей промышленности, увеличивались ассигнования на военные цели, чтобы подготовиться к «большой войне» с Советским Союзом. После оккупации японской армией Маньчжурии ситуация стала еще более опасной. Там стала развертываться сильная Квантунская армия.

Началось наращивание группировки войск в непосредственной близости от границы с СССР. Кроме того, была создана стотысячная армия Маньчжоу-го, готовая выполнять все приказы японского командования. Отмечалась ускоренная подготовка территории Маньчжурии как театра военных действий, велось строительство дорог, возводились укрепления, создавались новые аэродромы.

Специалисты информационного отдела Разведуправления предполагали, что в случае начала войны с СССР японские войска будут способны нанести сильные удары на приморском, амурском и хинганском направлениях, а также перерезать Транссибирскую железнодорожную магистраль, сделав невозможной переброску военных подкреплений из европейской части Советского Союза. Таким образом, к началу 1933 года Япония стала источником наиболее опасной угрозы Советскому государству, ее неожиданное нападение могло привести к тяжелым последствиям.

Москве необходимо было знать, что замышляет Токио, какие решения принимает правительство и что планирует генеральный штаб в отношении СССР. В связи с этим Берзин принял решение усилить разведку на дальневосточном направлении, уделив особое внимание Японии. В этой стране необходимо было развернуть нелегальную резидентуру, укомплектовав ее самыми опытными сотрудниками IV управления.

С начала 1933 года началось планирование этой уникальной операции военной разведки, предусматривающей создание сети надежных агентов-информаторов из числа представителей близких к правительству и генштабу кругов, способных добывать интересующие Центр сведения по политическим, военным и военно-экономическим вопросам. Руководить ими должен был резидент-нелегал. В состав резидентуры также включался радист. Практическая реализация этого плана имела значительные трудности и особенности.