Читаем Риганты. Том 2 полностью

— Вы, люди, живете так недолго! Вы думаете только о сегодняшнем дне, и кроме него для вас ничего не существует. Человек несет с собой разрушение, Карефа. Он пожирает магию своей ненавистью, мелочностью, жадностью и похотью. Когда я впервые увидел человека, он только научился стоять прямо и еще не умел говорить. Но мы, духи, увидели бесконечность его возможностей, его способность к великой любви. Мы стали наблюдать за ним и, к нашему изумлению, увидели, что он умеет пополнять растрачиваемую миром магию. На это не способны даже мы, сидхи, рожденные из магии, ее повелители. Вообрази наше ликование, Карефа. Мы нашли существо, способное изменить вселенную! Позавидовали ли мы ему? Нет, мы стали направлять его, помогать его росту. Вскоре, через несколько тысяч лет, мы столкнулись с проблемами. Да, человек умел создавать магию, но и уничтожать ее тоже. Зависть, похоть, ненависть убивали ее. Тогда некоторые из нас поняли, что человек — страшный враг вселенной. Я был среди тех, кто не верил, возражал, спорил. Я все еще считал, что человек способен достичь величия. Некоторые из нас, и в том числе мы с Морригу, приняли человеческий облик и поселились среди вас. Мы искали таких, как ты, Карефа, помогали избрать верный путь, одаривали вашими талантами. Многие тысячи лет мы пытались помочь вам. Мы не учли мелочи: ту магию, которую создает один человек за всю свою жизнь, другой уничтожает за мгновение одним дурным поступком. Все наши усилия пропали вотще. Некоторые, как Морригу, отказались это признать. Она видела, как люди уничтожают мир за миром, и продолжала надеяться, что в одном, в этом мире человек сумеет достичь своего величия. Теперь ушла и она. Посмотри вокруг, Карефа. Где ее наследие? Голод и смерть? Войны и разрушения? В душах людей бурлит ненависть, а в лесу Древа Желания не осталось магии.

— Магия ушла еще не отовсюду, — сказала Ведунья.

— Да, еще нет. Чтобы полностью ее убить, людям потребуется несколько поколений. Ты была в Узамате?

— Да. Он прекрасен.

— Когда-то лес Древа Желания был таким же.

— В Узамате живут люди, которые питают его магию, — возразила она.

— Ах, Карефа, если бы все были такими же, как ты! Когда-нибудь здешние люди взойдут на огромные корабли, пересекут океан, откроют новые девственные земли и захотят в них поселиться. Это не пророчество, такое случалось во множестве миров, история которых почти в точности совпадает с историей этого. Новые поселенцы станут умирать от голода, и местные жители пожалеют их, принесут еды. За это им отплатят предательством, ненавистью и презрением. Пришельцы расплодятся, и за несколько столетий уничтожат всю магию, накопленную за миллионы лет. Они перекопают землю и выкорчуют деревья, отравят реки своими ядами. Таков путь людей, Карефа. Человечество — это чума, и его ничем не изменить.

— Зачем тогда ты хочешь возродиться?

— Чтобы уничтожить людей, очистить от них эту планету. Я помогу их жестоким играм, дам им новое оружие. Потом мир наконец-то вздохнет спокойно.

— Всех людей войной не уничтожить, — возразила Ведунья.

— Почему же? Поверь, если человеку дать время, он создаст оружие, способное уничтожать сразу целые народы. Я всего лишь приближу время его изобретения.

— Зачем все это рассказывать мне, Керуннос?

— Даже боги не любят оставаться непонятыми.

— Я понимаю тебя, Керуннос, но ты обманываешь сам себя. Вы, сидхи, взяли существо с огромными возможностями и попытались перекроить его по своему образу и подобию. Вы сделали людей такими. Если мы чума, то эту чуму создали вы. И я не верю, что Морригу ушла, потеряв веру в человечество. Она ушла потому, что сидхи, как ты сам сказал, не умеют создавать магию. Вы тоже сжигаете ее, тоже приближаете землю к гибели. Поэтому избавь меня от оправданий, я не хочу знать, почему ты стал таким, какой есть. Ты не бог, Керуннос. Ты всего лишь печальное, измученное существо, поглощенное яростью и желанием оправдать свои поступки. Риганты остановят тебя, а потом мы найдем способ сохранить наш мир и вернуть в него магию. Мы победим наших демонов.

Керуннос тихо и беззлобно рассмеялся.

— Да, Карефа, в твоих венах действительно течет моя кровь. Что ж, иди, ищи своего Гэза Макона. Увидев его, ты поймешь, что я прав во всем. Ненависть поглотила его. Даже если он сможет победить меня, а он, поверь, не сможет, вы все равно проиграете. Он уже понял, что единственный способ победить — стать хуже своих врагов.

— Я буду молить Исток Всего Сущего, чтобы это оказалось неправдой.

Он снова рассмеялся, на этот раз в его смехе ей послышалась нотка горечи.

— Когда-то я тоже молился этой дряхлой беспомощной силе. Но теперь с меня хватит. Прощай, дитя мое. Бейся в своей доблестной битве без шанса на победу. Будь люди и в самом деле похожи на тебя, в том, что произойдет, не было бы необходимости.

Свет померк. Ведунья вскочила с камня. Отчаяние обволокло ее сердце, и она снова рухнула на камень.

Снова возникло сияние. С ним пришло чувство умиротворения, а с умиротворением потекли слезы.

— Ты слышал? — спросила она.

— Да, — раздался в ее голове голос Риамфады.