Читаем Риганты. Том 2 полностью

Мойдарт указал на стул. Аран сел и начал растирать колено. В последнее время боли становились все сильнее, особенно если приходилось куда-то идти или стоять дольше пяти минут.

— Считается, что держава Краноса — это какой-то сосуд, возможно…

— Это череп, — перебил Мойдарт. — Что он делает?

— Череп! Да, именно так ее описывал Прассимус в одном из древнейших свитков. Тогда это череп какого-то древнего короля, который считался бессмертным вампиром необыкновенной силы, уничтоженным в войне за тысячи лет до начала нашей истории.

— Откуда он?

— Кто, Прассимус?

— Кранос.

— Этого никто не знает, милорд. У берега моря иногда находят удивительные предметы. Сто лет назад в кургане недалеко от Гориазы нашли три золотые пластины с текстом, который так и не сумели расшифровать. Там же были вещи, созданные до начала нашей цивилизации. Помню вазу из вулканического камня — никто до сих пор не знает, как ее сделали.

— Меня не интересуют вазы. Кранос мог быть родом из моих земель?

— Что заставляет вас так думать?

— Коупер сказал, что Ледяной Кай не первый год собирает карты гор к северу от Эльдакра, изучает историю и мифы ригантов.

— Я думаю, что Кранос мог бы быть родом с севера, — осторожно согласился Аран. — Здесь тоже повсюду древние руины.

— Вернемся к этому позже, — решил Мойдарт. — Какой силой обладает держава согласно вашим свиткам?

— Чаще всего упоминают обновление и исцеление. Избавление от ран, увеличение силы, замедление старения. Считается, что все эти блага получают Дежем-Бек, слуги державы.

— Ненасытные вороны, — кивнул Мойдарт.

— Вы очень начитаны, милорд.

— Вовсе нет. Мне о них рассказал господин Коупер.

— Да, конечно.

— Почему они ненасытные?

— Я всегда считал это просто метафорой, сир. Поэзией.

— Я и сам знаю, что такое метафора. Но «ненасытные» — это интересно. Вечно жаждущие, но чего? Власти? Крови? Искупители прославились страстью к излишествам. Почему? Потому что так вышло или потому, что они не могут иначе? Коупер сказал, что прикосновение к черепу приносит невероятное чувство власти, несказанное блаженство, которое становится утонченнее после бурной деятельности. Надо понимать, после пыток и убийств. Боюсь, свой сегодняшний опыт он нашел не столь утонченным.

«В отличие от вас», — печально подумал Подермил.

— Поразмыслите как следует, господин Подермил. Мне необходимо знать пределы их способностей, слабые места. Вам знакома Ведунья из леса Древа Желания?

Аран вздрогнул от столь резкой перемены темы, но постарался собраться с мыслями.

— Да, я видел ее однажды. Она хранит верность традициям. Сейчас таких почти не осталось.

— Потому что Ледяной Кай ищет и убивает их. Она одна из последних. Зачем может понадобиться ее смерть?

— Я не знаю, милорд.

— Тогда думайте, — огрызнулся Мойдарт. — Я не жду немедленных ответов на все вопросы, но вы должны сопоставить то, что знаете. У Дежем-Бек должна быть какая-то цель, и для этого нужно убить ту лесную дурочку. Возможно, они ее боятся. В настоящий момент нам нечего противопоставить Искупителям, им подчиняется не только сила державы, но и вся королевская армия. Поэтому нам надо узнать то, что известно этой женщине. Верно?

— Я вижу, к чему вы клоните, милорд, — ответил Аран. — Согласно легендам, Краноса победил великий герой, возможно, даже его собственный сын. Теперь Кранос не может вернуться в мир плоти и крови. Однако его тело обладало невероятной магической силой, поэтому мне представляется сомнительным, что его державе — его черепу — может угрожать какая-то ведьма.

— Она не обязательно должна угрожать самой магии, — возразил Мойдарт. — Магия — всего лишь инструмент, дарующий Искупителям то, что они желают. Ведунья угрожает их цели. Если кто-то подрезает сухожилия скаковой лошади, он не испытывает неприязни к самому животному, а поступает так, чтобы она не выиграла скачки. Нам надо понять природу этих скачек. Чего хотят Дежем-Бек в легендах?

Аран, не обращавшийся к древним текстам уже много лет, задумался.

— Боюсь, на этот вопрос я не смогу ответить, милорд, — наконец произнес он. — Вам нужен человек, знающий больше, чем я. — Потом он сделал глубокий вдох и сказал:

— Я надеялся, что, выполнив обещанное, смогу вернуться домой.

— Ваши надежды меня не волнуют. К тому же вы делаете дурной выбор. Неужели вы думали, что сможете прийти сюда, организовать гибель трех Искупителей, покрасоваться перед глазами самого Винтерборна и безнаказанно вернуться домой? Теперь они не успокоятся, пока не убьют вас. Поверьте, у меня на службе вам будет безопаснее.

— Как пожелаете, милорд, — согласился Аран, решив бежать из Эльдакра, как только все уснут.

— За каждый месяц, который вы проведете у меня в услужении, я буду платить вам по десять фунтов. Если через год мы оба останемся живы, я удвою всю сумму, а также пожалую вам землю и дом. Вам решать, господин Подермил. Либо оставайтесь со мной, либо бегите этой же ночью, чтобы окончить жизнь, встретившись с Искупителями или Жнецом — кто первый вас найдет.

— Сложный выбор. Мне надо подумать.