Читаем Риганты. Том 2 полностью

Кай сидел в своем шатре и смотрел на ореховый футляр с инкрустированными серебром пистолетами внутри. Завтра Гэз Макон перестанет представлять угрозу. Джерад Ферсон — трус, но неплохой стрелок, и с двадцати шагов в грудь соперника не промажет. Этим все и кончится.

К шатру подошли двое в красных плащах. Ледяной Кай пригласил их внутрь. Они сняли железные шлемы и низко поклонились.

— Убили? — спросил Кай.

— Нет, милорд. Мы не справились. — Лица вошедших были очень бледны. Они выглядели смертельно уставшими, обычное дело после чрезмерного употребления запретных трав. Их взгляды то и дело устремлялись к железной шкатулке с державой.

— Рассказывайте. Первый заговорил:

— Как вы и сказали, милорд, транс был очень глубок. Нам удалось почуять ее силу и войти в ее сон. Но ведьма заметила нас и, прежде чем мы успели атаковать, вызвала молнию и исчезла. Она была не одна. С ней был дух мужчины.

— Какого мужчины?

Искупитель покосился на своего товарища. Тот сказал:

— Мне показалось, что это был Макон, милорд. Но я не уверен.

Ледяной Кай встал, открыл черную шкатулку и развернул черный бархат.

— Подойдите. — Искупители нервно шагнули вперед. — Принесите дар, — повелел он.

Они вытащили ритуальные кинжалы, сделали по надрезу на ладонях и протянули руки к державе. Кровь закапала на череп, и он засветился. Дождавшись кивка Ледяного Кая, оба прикоснулись к гладкой кости и оцепенели. Один из рыцарей застонал от наслаждения.

— Довольно! — сказал Кай.

Искупители отступили. На их щеках заиграл румянец, порезы на ладонях заросли.

— Гэз Макон должен погибнуть, — начал Кай, — такова воля Истока. Вы будете заряжать пистолеты. Тот, что выберет он, должен остаться незаряженным. Вы притворитесь, что положили пулю в пистолет, но спрячете ее в своей руке.

— Да, милорд. Мы все поняли.

— Этот человек предался нашему врагу. Он продал свою душу злу.

— Да, милорд.

Ледяной Кай положил руки на плечи рыцарей и притянул их ближе.

— Если по какой-то дикой случайности Гэз Макон выживет после дуэли, вы должны проследить, чтобы он не дожил до следующего полнолуния.

— Вы желаете, чтобы мы вызвали его?

— Нет. Просто убейте и постарайтесь сделать это потише. Удушите подушкой в постели, подсыпьте яд в пищу или заколите в темном переулке. Способ не имеет значения. В качестве доказательства принесите мне его золотой глаз.

Ночью небо расчистилось и к полудню стало ярко-голубым, без единого облачка. Стало заметно холоднее, и грязная тропинка, которая вела к назначенному месту дуэли, покрылась ледяной коркой. Всего лишь несколько месяцев назад этот уединенный сад при часовне принадлежал лорду Данстану. Данстан с женой и дочерьми гуляли здесь после богослужений, проводившихся по церковным праздникам. Наверное, по пути к усадьбе, где их ждал обед, они восторгались красотой роз, посаженных меж тропок. Теперь Данстан был мертв, застрелен, как и многие его соратники-договорщики на Блэдлийской пустоши. Его поместье превратилось в развалины, а часовня, последнее убежище оборонявшихся бунтовщиков, была разрушена пушечными выстрелами. Шпиль упал с крыши и лежал теперь в северной части сада.

Гэз Макон, одетый в угольно-серый камзол, серые бриджи и верховые ботинки с крагами, шел рядом с Мулгравом-фехтовальщиком, облаченным в зеленую форму со стоячим воротником и короткий офицерский плащ. Слушая их любезную беседу, можно было подумать, что они вышли прогуляться перед завтраком. В центр сада выставили длинный стол, у которого встали два Искупителя в багровых плащах. Рядом с коротышкой Ферсоном маячила мрачная фигура Винтерборна. Под расшитым пальто Ферсона виднелась великолепно пошитая сорочка дорогого шелка. За невысокой оградой сада собрались сотни людей Ферсона. Справа от них собралось немало солдат из Эльдакра.

— Прелестный денек для глупостей, — сказал Гэз Макон, подойдя к Винтерборну.

Ледяной Кай улыбнулся:

— Вопросы чести не бывают глупы, юноша. Если бы вы понимали это, дуэли могло бы и не быть.

— Я запомню ваши слова на всю жизнь, милорд, — ответил Гэз и поклонился.

К ним подошел кутавшийся в толстое пальто и шарф толстый лорд Кумберлейн и небрежно поклонился дуэлянтам.

— Король назначил меня распорядителем дуэли, — сообщил он. — Согласно своему долгу, я прошу вас уладить конфликт полюбовно. — Его густые усы начали покрываться инеем, лицо давно посерело от холода. Он обернулся к лорду Ферсону. — Не видите ли вы пути разрешить ваши разногласия без кровопролития?

— Нет, — ответил Ферсон, бросив злобный взгляд на Макона.

— Возможно, вас удовлетворит извинение? — настаивал Кумберлейн.

— Честь требует решить все в поединке, — отрезал Ферсон.

Мулграв почувствовал поднимающуюся ярость. Самоуверенность Ферсона лишний раз доказывала, что дело нечисто. Фехтовальщик перевел взгляд на Гэза. Генерал выглядел абсолютно спокойным, но Мулграв знал его слишком хорошо, чтобы не заметить внутреннего напряжения.