Читаем Риганты. Том 2 полностью

Высокую стройную фигуру офицера безукоризненно облегал синий с золотом, сверкающий чистотой камзол. Даже ботинки были начищены до блеска. Офицер протянул руку, в ней блеснуло золото.

— С благодарностью от лорда Ферсона, — сказал он, отдавая монеты Тайбарду.

— За что это, сир?

— За спасение дозорных. Лорд Ферсон был более чем впечатлен вашей меткостью. Второй выстрел был великолепен.

— Вы видели, сир?

— Да. Уланы лорда Ферсона была неподалеку, на дальнем склоне. Примите мои поздравления.

Офицер удалился, тщательно огибая многочисленные лужи.

— Неплохо получилось, Джакел, — сказал Ланфер Гостен.

— Какого дьявола они сами не вытащили собственных людей? — спросил внезапно разозлившийся Тайбард.

— Наверное, боялись запачкать мундиры. Но, что важнее, зачем тебе-то это понадобилось?

— Не понимаю вас, сержант.

— Нет, сынок, понимаешь. — Ланфер положил руку Тайбарду на плечо. — Да, тебе приказали прикрывать разведчиков и убирать снайперов. А также избегать излишнего риска. Согласно твоему же докладу, по первому ты стрелял из укрытия, по инструкции. Затем ты вышел на открытое место, прекрасно зная, что их снайперы работают парами. О чем ты только думал?

Тайбард пожал плечами.

— Хотел его выманить и покончить с этим поскорее. Вот и все.

Ланфер Гостен внимательно посмотрел Тайбарду в глаза.

— Покончить, да? Знаешь, ты не один тут такой, мы все устали.

— О чем вы?

— Сам знаешь, о чем. Ты и сам встречал солдат, которым уже все равно, живы ли они. Это заметно во взгляде. А потом, в какой-нибудь нелепой стычке, они выходят из укрытия. И все, с ними покончено.

— Я не такой, — сказал Тайбард. — Я хочу жить. Хочу вернуться домой, в горы.

— Не забывай об этом, Джакел. Мне до смерти надоело хоронить эльдакрских ребят.

Сержант ушел. С нависшего неба повалил снег. Вернувшись в палатку, Тайбард пристегнул к винтовке ремешок, повесил ее за плечо и пошел в рощу набрать хвороста. Неподалеку другие солдаты занимались тем же. Некоторых он не знал, в последнее время переведенных из других полков становилось все больше. Другие, знакомые, дружески кивали. В несколько заходов он набрал достаточно хвороста на ночь, свалил в кучу у палатки и снова развел костер. В офицерских шатрах ставили железные жаровни и жгли уголь, дабы ненароком не застудить высокородные кости. Рекрутам вроде Тайбарда, Каммеля и Банни приходилось обогреваться чем придется. Палатки солдат шили из дешевой рогожи. Она почти не мешала дождю поливать спящих внутри людей.

Но, думал Тайбард, устраиваясь у огня, скоро их расквартируют по городам. Война затихнет на зиму, и можно будет отдохнуть.

Он боялся даже мечтать о том, что Серый Призрак поведет их домой.

Сухой хворост быстро разгорался. Когда на Тайбарда накатила первая волна тепла, он поежился. Уже стемнело, но ни одной звезды на небе не было. Из тени вынырнула большая, плечистая тень и рухнула у костра. Тайбард поднял глаза на бородатое лицо Каммеля Барда.

— Договорщики отступили, — сказал Каммель. — Значит, мы победили. Еда есть? — спросил он, прислонив ружье к палатке.

— Еще нет. Где Банни?

— Ланфер прикрепил его провожатым к каравану с провизией. Похоже, сегодня немало снега наметет.

— Ничего мы не победили, — сказал Тайбард. — В этот раз никто не победил.

Каммель откинул тяжелый шерстяной капюшон и провел рукой по густой рыжей шевелюре.

— Но мы же не отступили?

— Откуда нам знать? — пожал плечами Тайбард. — Говорят, линия фронта растянулась на девять миль. Может, кто и отступил. К тому же, кто вправе решать?

— О чем ты?

— Кто вправе решать, кто победил, а кто повержен? Помнишь Авондэйл? Там все было просто. Мы кинулись в атаку — они побежали. Мы захватили их пушки. Вот что такое победа. А теперь мы кидаемся в бой, убиваем друг друга, а потом препираемся, кто победил.

От костров потянуло запахом еды, солдаты потянулись к лагерю. Тайбард знал, что вкус будет хуже, чем запах. Опять жидкая похлебка и черствый хлеб. Он встал и переложил ружье Каммеля в палатку.

— Ты был в деревне? Каммель покачал головой:

— Там Искупители, допросы… Никого не пускают. Все равно, сомневаюсь, что там осталось много еды. Договорщики наверняка забрали все, что могли унести.

Они посидели в тишине, наслаждаясь теплом костра.

— Помнишь Жэма Гримо? — спросил вдруг Каммель.

— Да, часто вспоминаю, — признался Тайбард и внимательно посмотрел на друга. — Ты же не любил его?

— Я этого не говорил.

— Он был ригантом. Ты всегда их ненавидел. Я однажды сказал, что твоя бабушка из ригантов, так ты чуть драку не затеял, помнишь?

— Я был мальчишкой! — возмутился Каммель. — Но старик Жэм мне всегда нравился. Помнишь тот день? Я думал, что такое бывает только в сказках. Смел всех стражников, стащил Мэв прямо с костра… — Каммель вдруг резко оглянулся на ротных поваров. — Помираю с голода, — заключил он.

— Еще не готово.

— А очередь уже собралась.

— Давай подождем Банни. Он должен скоро прийти.