Читаем Рифы космоса полностью

— Ты — старательный ученик, — кисло усмехнулся полковник. — И все же, таково было решение Машины. Во всяком случае, так утверждал Планирующий. И мы отправились искать новую планету за орбитой Плутона. Имелась ли таковая? Приходилось предполагать, что имелась, иначе откуда бы брались пироподы? Мы знали, что в пределах орбиты Плутона они не живут. — Полковник откинулся в кресле, полузакрыв глаза. — Это был долгий полет. Ты ведь знаешь, почему невозможно путешествие к звездам? Энергии достаточно, но где взять рабочую массу, которая будет толкать корабль вперед? Когда пересекаешь орбиту Плутона, эта проблема встает в полный рост. Мы шли на старом «Кристобале Колоне» с водородными двигателями. Рабочим телом служила вода. Весь запас едва ли посадил бы нас на предполагаемой планете. Перезаправиться мы должны были там. Если бы нашли воду, конечно, — сухо рассмеялся он. — Но планет мы не нашли.

— Тогда… Как же вы вернулись? — удивился Райленд.

— Мы с чем-то столкнулись. И назвали это образование Границей. Это были еще не Рифы — до них оставались миллионы миль. Граница принадлежит Солнечной системе. Это разреженный пояс небольших астероидов, снежных и ледяных осколков. В основном — метановый и аммиачный снег. Но и воды мы нашли достаточно, чтобы наполнить баки. И отправились дальше — выполнять задание Машины. — Лескьюри зябко поежился, допил стакан. — Мы все дальше и дальше уходили от Солнца за пределы Границы, пока оно не превратилось в не очень яркую звезду. И уже готовы были повернуть назад, когда… увидели первый Риф! — Полковник махнул рукой, и экран снова ожил. — Поначалу он выглядел не слишком впечатляюще. Какая-то крапчатая масса неправильной формы, но она светилась!

Райленд обнаружил, что незаметно для себя поглотил содержимое своего стакана, и молча протянул его полковнику. Тот немедленно наполнил его, не забыв составить коктейль и для себя.

— Поистине сказочная страна. Мы совершили посадку в настоящем лесу хрупких коралловых образований. Тонкие шипы сверкающих кристаллических зарослей ломались о скафандры. Экипаж бродил по этим джунглям, грозившим ловушками из живой проволоки, ударами острейших лезвий. Но это еще что! Там были громадные прекрасные цветы, сияющие всеми оттенками и распространяющие вокруг себя смертельные гамма-лучи. Золотистые лозы отвечали на прикосновение высоковольтным ударом. То тут, то там блестели лужицы радиоактивных изотопов, в некоторых местах эти изотопы били гейзерами. Это был кошмар! Дезактивируясь и залечивая царапины, мы знакомились с природой Рифа. Это было скопление живых существ — колония фузоритов! Ученые насчитали до сотни видов. Очевидно, развились они из нескольких спор, плавающих в межзвездном водороде. Росли очень медленно — наверное, несколько дюймов за миллион лет. Но фузоритам спешить некуда. — Полковник залпом осушил стакан и надолго замолчал, глядя на него. Потом поднял голову. — И тут мы сели и уставились друг на друга. Было совершенно ясно, что нами открыто нечто большее, чем то, за чем нас послали — новый рубеж для человечества. Новое жизненное пространство.

Райленд, подчинившись внезапному всплеску эмоций, вскочил со стула.

— Новый рубеж! Там… Там могут жить люди?

— А почему бы и нет? Все необходимое есть — водород для добычи энергии, металл для машин, сырье для синтеза пищи… Мы привезли с собой целое богатство — загрузили корабль образцами всего, что смогли найти: невероятные алмазные сталактиты; кристаллические массы практически чистого железа; живые призмы, светящиеся собственным светом радиоактивного процесса; губчатые грибоподобные конгломераты, в которых, как показал анализ, девяносто процентов урана-235. Попадались куски в сотню фунтов — гораздо больше критической массы! Но они не взрывались, пока были живыми. Один «гриб» все же рванул, когда мы забросили его в открытое пространство. После этого пришлось тщательно разделять массы на мелкие части во избежание неприятностей.

— Так вот зачем Машине нереактивная тяга… — В сером тумане запутанных фактов, не выпускавшем Райленда с момента освобождения из лагеря, блеснул луч понимания. — Чтобы достичь Рифов, ведь они за пределами досягаемости наших космических ракет.

— Скорее всего, — кивнул Лескьюри. — Хотя подобные рассуждения несколько выходят за рамки наших функций.

— Но зачем Машине Рифы космоса? — нахмурился Райленд. — Неужели что-то среди них угрожает безопасности Плана?

— А вот это — не наше дело, — предупредил полковник. — Думаю, планеты хорошо защищены от космической жизни своими атмосферами и поясами Ван-Аллена. Конечно, пиропод нас протаранил…

— Пиропод?

На мгновение Райленд опять оказался на кушетке в комнате терапии, почувствовал на теле холодные электроды, услышал хриплый голос доктора Трейла…

Глаза Лескьюри сузились.

— Райленд, вы слишком волнуетесь. Это ни к чему. Я не совсем понимаю вашу реакцию… разве что вы раньше уже слышали о Рифах.

— Нет.

Это было правдой. Точнее, он слышал, но не понимал, о чем речь.

Еще несколько секунд полковник с неприятной подозрительностью наблюдал за собеседником.