Читаем Рифы космоса полностью

— Опустись ниже, — приказал он флаеру. — Там что-то есть, на берегу. Я хочу рассмотреть поближе.

На широком черном берегу выделялись пятнами более светлые, чем песок, образования. По мере того, как флаер снижался, они обретали определенную форму, превращаясь в серый, разрушенный временем металл, выцветшую краску, белые кости. Мертвые существа и их сломавшиеся машины покрывали изогнутую трехмильную полоску берега.

— Кажется, мы узнали, что происходит с пропавшими пассажирами, — сказал Квамодиан. — Вызывай охрану и передай им сообщение.

— Сэр, но я постоянно вызываю их! — В тоне флаера чувствовалась глубокая обида, голос его приобрел даже пронзительные нотки. — Я вызываю по всем трансгалактическим каналам. Но по какой-то причине не получаю ответа.

— Продолжай вызывать. Кстати, как там с нашим, э-э… энергозапасом?

— Наш аварийный запас наполовину истощен, сэр. Прикажете приземлиться, чтобы сберечь его?

— Погоди пока, — он прикрыл глаза ладонью, всматриваясь в берег, освещенный холодным красным солнцем. — Вон там! У подножия утеса. Что-то там такое… Немного правее. Странные такие башни. Опустись как можно ниже к ним.

Четыре непонятных башни привлекли внимание Квамодиана. Поставленные по углам квадрата, они не слишком аккуратно собирались из обломков черного камня, скрепленного глиной. Верхние половинки башен состояли из металлических обломков, видимо, в дело пошли части разрушенных машин на берегу. Куски металла были причудливо сварены между собой.

Когда флаер опустился, Квамодиан обнаружил, что от башни к башне протянулась целая паутина кабелей. Туго натянутая блестящая проволока очерчивала скелет большого куба. Внутри этого куба на тугих проволоках был подвешен куб поменьше. Его подвески очерчивали к этому еще шесть суживающихся к концу шестигранников.

— Тессеракт! — удивление заставило его понизить голос. — Необходимейший контур трансфлексионного куба! Что же это значит?

— Отсутствие соответствующей информации. Данные, полученные путем наблюдений на этой планете, не дают логических оснований отнести линию моих действий к какой-либо программе в моем банке памяти. — Флаер тихо прогудел три секунды и печально добавил: — Прошу прощения, сэр, но ко всему этому я не был готов.

— Не унывай, — утешил его Квамодиан. — Мне необходимо добраться до Земли, до Молли Залдивар во что бы то ни стало. — Он бросил взгляд на угрюмое светило и постарался скрыть дрожь. — Как там атмосфера? Я могу дышать?

— ЗД, 79 % кислорода, остальное благородные газы. Гелий, неон, аргон. Температура и давление приближаются к нижним пределам выживаемости человека. Вам здесь не понравится, но жить можно.

— Спасибо, — отозвался Квамодиан. — Открой… нет, погоди!

Небольшая, странного вида процессия приближалась к ним, маршируя вдоль берега. Вышла она из отверстия пещеры, чей небольшой круглый зев, ранее не замеченный Квамодианом, темнел над валунами у подножия утесов. Полдесятка потерпевших крушение вселенских граждан. Три робота, сильно пострадавшие при аварии. Два многонога в желтой скорлупе, с недостающими ногами. Всех их вел человек, размахивающий палкой с белой тряпкой на конце. Было видно, что это женщина в вылинявшей одежде, которая явно предназначалась человеку более солидных габаритов, а может, и не человеку вообще. Ее густые черные волосы были неумело подрезаны, явно каким-то неприспособленным для этого оружием, а кожа на лице была испачкана, по всей видимости, обыкновенной грязью.

Квамодиан выбрался из флаера, пробежал несколько шагов ей навстречу и замер, пораженный. Несмотря на инопланетное одеяние и непривлекательный вид, она была очень красивой женщиной. Но не только. Почему-то привлекательность ее была до боли знакомой. Запыхавшись, Квамодиан приветствовал женщину на языке старой Земли, по-английски:

— Здравствуйте!..

— Стой! — она резко перебила его на универсальном языке. — Стойте, где стоите! Назовитесь!

Голос ее был холоден и отрывист, но его богатый тембр что-то напоминал Квамодиану… напоминал ему о Молли Залдивар. Вот что дразнило его память! Эта женщина была так похожа на Молли Залдивар, что по позвоночнику Квамодиана пробежал холодок. Соскрести грязь, одеть ее в нормальную одежду, хорошенько покормить пару дней — и она будет точной копией Молли Залдивар.

Со строгим выражением на лице женщина повысила голос:

— Я жду! — Голос, приводящий в транс Энди Квамодиана, голос Молли Залдивар. — Предъявите свой стандартный голосовой идентификатор-матрицу.

В ошеломлении он только и смог выдавить из себя какой-то нечленораздельный звук.

— Погромче! — она махнула рукой, и, повинуясь приказу, роботы окружили его. — Здесь приказываю я!

Слегка заикаясь и запинаясь, он проговорил формулу стандартной голосовой матрицы.

— Благодарю, мистер Квамодиан. — Она коротко кивнула. — Я тоже принадлежу к Товариществу Звезды. Старший монитор Клотильда Квай Квич, — она сделала ударение на слове «старший». — Какое было число, когда вы вылетели?

Он сообщил ей дату по универсальному календарю.